Меню

Кремирование для волос

О кремации

Отец Лаврентий (Лоуренс) Фарли (Православная Церковь в Америке), бывший англиканский священник, закончил Уиклиф-колледж в Торонто (Канада) в 1979 году. В 1985 году перешел в Православие и закончил Свято-Тихоновскую семинарию в Южном Ханаане, штат Пенсильвания (США). После рукоположения отправился с новой миссией в город Суррей (канадская провинция Британская Колумбия) под омофором ПЦА, где основал приход в честь преподобного Германа Аляскинского. Приход, первоначально из 12 человек, вырос в большую общину и сегодня имеет собственный храм в городе Лэнгли (Британская Колумбия). Благодаря трудам прихода св. Германа появились и другие православные общины, например, в городах Виктория, Комокс и Ванкувер. Отец Лаврентий – автор многих книг, например «Справочник для изучающих Библию» и «Календарь святых на каждый день». Его перу принадлежат многочисленные статьи; он составитель ряда акафистов, опубликованных издательством «Alexander Press»; регулярно выступает на православном радио «Ancient Faith Radio»; ведет свой православный блог «Straight from the Heart» («Прямо от сердца»). Проживает с матушкой Донной Фарли – известной канадской писательницей – в городе Суррей. У них две взрослые дочери и два внука.

Сжигание книг само по себе вызывает неприятие. Когда я слышу, что где-то сжигают книги, то всегда вспоминаю известное, дальновидное и мудрое высказывание Генриха Гейне, который родился иудеем, но позднее принял христианство и умер в 1856 году. Гейне говорил: «Где жгут книги, там, в конце концов, будут сжигать и людей». По иронии, в 1930-е годы нацисты, среди многих других, предали огню и книги Генриха Гейне.

Так же как недопустимо сжигать книги, недопустимо сжигать и людей. А помимо этого, кремация не является частью нашей христианской традиции. Это утверждение полностью противоречит современной культуре Северной Америки, где кремация стремительными темпами становится наиболее предпочтительным способом погребения усопших. Но, несмотря ни на что, Православие продолжает свидетельствовать о своей традиции, согласно которой кремация недопустима, так как она предполагает сжигание людей.

Современная секулярная культура это отрицает. Она заявляет, что люди – это одно, а их (мертвые) тела – это другое, и при кремации сгорает не человек, а лишь его тело. То есть «настоящего» человека отождествляют с его душой, которая живет в его теле, точно так же, как письмо находится в конверте. В этом случае конверт не имеет постоянной функции и используется только для благополучной доставки письма. Но как только получено письмо, конверт можно сразу выбросить. В конце концов, именно письмо имеет значение, и именно его мы будем хранить. Точно так же современный секуляризм [1] утверждает, что душа – это и есть настоящий человек, в то время как тело – лишь временное вместилище, «носитель» души. Когда в момент смерти душа покидает тело, то оно сразу же теряет свою ценность и становится таким же ненужным, как конверт, из которого вынули письмо. Что тело без души, что конверт без письма можно за ненадобностью выбросить или сжечь.

Красота и благодать, содержащиеся в теле, имеют своим источником Бога

Напротив, Церковь вновь и вновь провозглашает, что тело – не просто сосуд для души, но в нем, как и в душе, запечатлен образ Божий, образ красоты небесной. Поэтому правильнее будет сказать не «мы имеем тело», а «мы есть тело, душа и дух». Тело создано Богом, причем по образу и подобию Божию, и это надо понимать не так, что у Бога тоже два глаза, нос и уши, а что красота и благодать, содержащиеся в теле, имеют своим источником Бога.

Тело является причастником Божественной благодати не только как сотворенное Богом, но и как искупленное Богом. Ведь именно над телом совершаются таинства Крещения, Миропомазания, именно тело причащается Святых Христовых Таин в таинстве Евхаристии, и именно тело однажды воскреснет для новой, вечной жизни при всеобщем воскресении. Одним словом, тело человека свято, и оно участвует в нашем спасении. Как и со всеми святыми предметами, с человеческим телом надо обращаться благоговейно. Как говорилось выше, предание огню означает отрицание ценности того, что сжигается. Такая практика имела место и оправдывалась в язычестве, потому что для язычников тело не представляет большой ценности (вот почему языческие афинские философы смеялись над апостолом Павлом, когда услышали от него, что тела людей воскреснут – ср. Деян. 17, 32). Язычники могли кремировать и сжигать свои тела – это не входило в противоречие с их религиозными верованиями. Христиане этого делать не могут, ибо веруют, что наши тела имеют слишком огромное значение, чтобы их подвергать огню.

Тело человека свято, и оно участвует в нашем спасении

С современной практикой кремации связаны и другие проблемы. Например, работники похоронной индустрии не рассказывают людям всей правды о кремации. В особенности, они не рассказывают, что кости не сгорают. При достаточно высокой температуре могут сгореть плоть, волосы и жир. (Это ужаснейшее зрелище. Многие из тех, кто стали этому свидетелями, говорили, что если бы люди знали, что именно происходит в процессе кремации, то никогда бы на это не пошли). Да, кости не горят, какой бы высокой ни была температура. Что же делают с ними после кремации? Их выгребают из печи и помещают в специальную мельницу, где перемалывают до мелких частиц. Мне рассказывали, что чистить такие «мельницы» – нелегкое занятие, и кусочки костей разных людей смешиваются. Говорят, что их специально посыпают тальком, чтобы больше походило на прах. Все это – нечестные попытки скрыть от людей тот факт, что кости не горят.

Кремация означает деперсонализацию

Существуют и другие проблемы. Мне приходилось присутствовать при захоронении праха кремированных покойников на кладбищах в специально отведенных местах (колумбариях). Однажды во время таких похорон на кладбище об усопшем читались молитвы, в которых он упоминался как личность – с использованием местоимения «кто», как это и подобает. Затем вышел работник крематория, неся в руках пластиковый пакет с прахом умершего. Работник спросил родственников покойного: «Куда мне это поставить?» Таким образом, усопший превратился в «что». Заметьте, он не сказал «его» или «ее», а сказал «это». Не думаю, что он был бессердечным человеком и неуважительно относился к покойным. Он просто выполнял свою работу и своими машинально произнесенными словами лишь подтвердил тот факт, что кремация превращает человека в вещь – во что-то, что можно нести под мышкой в пластиковом пакете и поместить в маленькую погребальную урну. Кремация означает деперсонализацию.

Вот основная разница между кремацией и исторической традиционной церковной практикой захоронения усопших. Только церковная практика поистине воздает должное личности покойного и признает святость человеческой плоти. Конечно, не стоит судить тех, кто выбрали кремацию для своих близких, ибо мы делаем, что можем, а время скорби и тяжелой утраты – не лучшее время, чтобы переучиваться и передумывать. Хотя Церковь не судит, она предлагает лучшее решение. Мы воздаем настоящее почтение нашим усопшим близким и родным, когда не подвергаем их кремации, а благоговейно хороним. Нам нельзя сжигать тела тех, кого любим. Вместо этого мы предаем их тела благословенной земле, а души вверяем всеблагому Богу.

Кремация (кремирование) в Липецке становится одной из наиболее востребованных ритуальных услуг. Суть кремации заключается в предании огню тела после смерти по завещанию усопшего либо по пожеланию родственников. Хранилищем для пепла, полученного в результате кремирования тела в крематории, служит особый контейнер — урна с прахом. Именно она передается родственникам усопшего. Далее урна размещается в земле либо в специальном сооружении — колумбарии. При этом возможно впоследствии провести дозахоронение. Существует и практика оставления урны родственниками у себя дома, чтобы прах родного всегда был рядом. Дополнительные услуги при кремации:

  • организация процедуры прощания с телом;
  • траурный зал в аренду;
  • услуги священника по отпеванию покойного;
  • музыкальное сопровождение кремации;
  • фото или видеофиксация загрузки гроба с телом умершего;
  • изъятие и сохранение пробы биоматериала (прядь волос);
  • деление праха умершего на 2 урны;
  • нанесение надписи на урну с прахом.

Стандартно при процедуре кремации выдача урны с прахом осуществляется на следующий день. При обращении в Единую городскую похоронную службу наши сотрудники могут оформить получение урны с прахом в день кремации. Единая городская похоронная служба предлагает вполне приемлемые цены на кремирование в Липецке, тем более процедура кремации позволяет Вам сэкономить.

Самым ближайшим крематорием к городу Липецку является Тульский крематорий. Выбирая кремацию в крематории любого другого города вы переплачиваете за транспортные услуги. С полным списков крематориев можно ознакомится тут.

Минимальный заказ на кремацию (включая кремацию, урну и капсулу для праха, герметизацию, оформление заказа и помощь одного человека в разгрузке) при размере одежды усопшего до 56го и весе до 90 кг

Выдача праха в день кремации (при наличии технической возможности)

Можно ли кремировать евреев?

Можно ли кремировать евреев?

Я знаю, что нет (с мужем поспорила).
Приведите, пожалуйста, место, где написано, что это запрещено

Шапира Рахель, Иерусалим

Отвечает рав Бенцион Зильбер

Посылаю вам отрывок из книги моего отца, рава Ицхака Зильбера, зацал, «Беседы о Торе» (Парашат Вайхи):

«Тора дает несколько заповедей о том, как следует поступать с телом мертвого человека. Его надо похоронить в земле, и похоронить в тот же день (как сказал Б-г Адаму: “ибо прах ты, и в прах возвратишься”— 3:19). Тело нельзя оставлять на ночь, кроме как для воздаяния ему почестей — например, ради приезда детей покойного. И даже человек, совершивший особо тяжкое преступление, приговоренный по закону Торы к казни и потом — к минутному повешению, должен быть похоронен в земле в этот же день.

Так Йеhошуа, ученик Моше, поступил с пятью царями, напавшими на евреев и потерпевшими поражение. Он похоронил их до захода солнца (Йеhошуа, 10:27).

Нельзя хоронить тело в цинковом гробу, а если хоронят в деревянном, надо сделать в нем отверстия.

Ни в коем случае нельзя извлекать какую-то пользу из мертвого тела (снимать волосы, вырывать зубы и т.п.)

Нарушение заповеди хоронить в земле — очень большой грех. И столь же большой грех — сжечь тело человека. Именно за этот грех Б-г сурово покарал моавитян. “Так сказал Г-сподь: за три преступления Моава [Я промолчал бы], но за четвертое не отвращу Я [гнева] от него; за то, что пережег он в известь кости царя Эдомейского. И пошлю Я огонь на Моав, и пожрет он дворцы Керийота; и погибнет Моав в сумятице и грохоте, под рев рога. И истреблю Я судью из среды его, и всех сановников его перебью [вместе] с ним, — сказал Г-сподь” (Амос, 2:1—3). Безусловно, лучше похоронить родного человека далеко от дома, не имея возможности потом посещать его могилу, чем кремировать тело».

Где находится, как выглядит и работает единственный крематорий в Краснодарском крае

Кремация — один из самых древних погребальных обрядов и способов попрощаться с умершим. Она распространена во многих культурах, но не очень широко используется в России.

Первый в Краснодарском крае многофункциональный похоронный центр был открыт 1 апреля 2016 года в Новороссийске на кладбище «Кабахаха-4». Главное в нем — крематорий, он призван решить проблему с дефицитом земли под захоронения, поскольку способен кремировать 5 тыс. человек в год.

Если ингумация — традиционный вид захоронения, то кремация, или сжигание, — экологически чистый вид погребения, при котором нет необходимости в использовании земельной площади. Журналисты портала Юга.ру побывали в новороссийском крематории и выяснили, как он работает, что нужно, чтобы кремировать усопшего, и что происходит с прахом потом.

Сергей Новиков

Подготовка и церемония прощания

Похоронный центр занимает небольшое двухэтажное здание. В полуподвальном помещении расположен морг с холодильными камерами и гримерной, где по индивидуальному заказу тело могут подготовить к прощанию. Отсюда гроб с усопшим на лифте поднимается на первый этаж в зал для прощания. Одновременно здесь могут находиться до 80 человек. Перед общим прощанием родственникам предоставляется возможность пройти в специальную комнату, взглянуть на усопшего и удостовериться, что все готово к процедуре.

Тело необходимо привезти в крематорий в гробу, одетым. Ширина гроба не должна превышать 86 см, высота — 76 см, длина — 215 см, суммарный вес должен быть не более 250 кг (вес человека — до 90 кг). Гроб должен быть изготовлен из горючего материала. Запрещено оставлять в нем кардиостимуляторы, силиконовые импланты, сотовые телефоны, бутылки с алкоголем, изделия из стекла. Подобные предметы могут нанести вред оборудованию и сотрудникам. Об этом обычно предупреждают по телефону во время консультации и еще раз непосредственно перед процедурой.

Читайте также:

А вот импланты и протезные элементы из драгоценных металлов можно кремировать вместе с телом. Еще по желанию родных работник может отрезать прядь волос усопшего, которую позже положат в урну вместе с капсулой с прахом.

Работник крематория снимает с гроба и утилизирует фурнитуру из полимеров, алюминия, его сплавов и ряда других материалов. Когда все готово, гроб выставляют на пьедестал. В целях безопасности свечи запрещено держать в руках, для них есть подсвечники. Если во время церемонии прощания кому-то из присутствующих станет плохо, он может прилечь в соседней комнате, где есть аптечка со средствами для оказания первой помощи.

По словам заведующего крематорием Сергея Новикова, бывает, что родственники, приехавшие проводить близкого человека в последний путь издалека, хотят провести с усопшим некоторое время или даже ночь. Для этого предусмотрена отдельная комната, которую можно арендовать на сутки. Она закрывается на ключ, есть отдельный вход и туалет, близкие могут приходить и уходить в любое время.

Во время церемонии можно включить музыку или пригласить на отпевание священнослужителя. После получасового прощания гроб отправляется в комнату с кремационной печью, предварительно разогретой до 850 °С. В печь он заезжает по рельсам на автоматизированной тележке. Этот процесс длится 15-20 минут, наблюдать за ним можно из соседнего помещения через стекло. Сергей говорит, что пользуются этой возможностью немногие.

Строительство крематория в Новороссийске длилось около трех лет. Пока здесь работает одна линия, но в следующем году планируется постройка второй. Место под нее уже отведено.

Как работает кремационная печь

Современные кремационные печи оснащены компьютерами и работают на автоматике. Здесь, в частности, установлена печь чешского производства. По словам Сергея, она соответствует не только российским, но и европейским экологическим нормам. Она состоит из двух камер: в первой сгорает гроб с телом, во второй выжигаются отходящие газы, вредные примеси и твердые дымообразующие частицы. В атмосферу попадает только теплый воздух без запаха и дымовых включений.

В крематории установлен резервный источник энергоснабжения — дизельный генератор, поэтому перебои исключены. Даже при отключении света, что часто случается зимой в период норд-остов, крематорий не перестает работать.

У всех сотрудников, которые работают с газовым оборудованием, есть удостоверения, подтверждающие их квалификацию. Операторы кремационной печи прошли стажировку на заводе, где ее произвели.

Сегодня в России действуют 20 крематориев в 18 городах: по два в Москве (Митинский, Хованский) и ее пригороде Балашихе (Николо-Архангельский, Носовихинский), по одному в Санкт-Петербурге, Артеме, Владивостоке, Волгограде, Екатеринбурге, Нижнем Новгороде, Нижнем Тагиле, Новокузнецке, Новороссийске, Новосибирске, Норильске, Ростове-на-Дону, Сургуте, Челябинске, Туле, Хабаровске и Барнауле.

Что происходит с телом

Когда гроб с телом попадает в печь, в первую очередь сгорает деревянная конструкция и мягкие ткани. Остаются кости, которые и станут прахом. Для кремирования тела взрослого человека средней комплекции нужно около 80 минут. После этого прах извлекают и помещают в изолированную камеру для охлаждения, затем недогоревшие частицы дробят в мелкую фракцию до состояния порошка.

Итоговый вес останков составляет в среднем 3-4 кг. Прах формируется в капсулу. Ее опечатывают, помещают в урну и передают родственникам. Многие думают, что ждать выдачи урны приходится долгое время — это не так. Как правило, ее выдают в день кремации или в течение суток.

Читайте так же:  Тайская трава для волос

Урны бывают керамические, металлические, пластиковые. Позже их можно инкрустировать золотом, бриллиантами и другими материалами, но это уже личное дело каждого.

Капсула герметично закрывается на клей, так что ее можно перевозить на большие расстояния по России и за рубеж, в том числе почтой. Поэтому истории с разбиванием урны и высыпанием праха, показанные в американских комедиях, — не более чем выдумка киноиндустрии. Продолжая разбирать распространенные мифы, узнаем, что и подмен быть не может, так как крематорий оборудован системой видеоконтроля на всех этапах движения гроба. Невозможны и массовые кремации, поскольку в печь помещается только один гроб.

И что делать с урной

Во-первых, ее можно забрать с собой и поставить там, где любил находиться покойный. Во-вторых, урну можно подзахоронить в родственную могилу. Согласно статье 21-1 «Места захоронения, их виды» закона «О погребении и похоронном деле в Краснодарском крае» это можно делать независимо от времени предыдущего захоронения. Капсула с прахом никак не влияет на окружающую среду. Количество урн тоже не ограничено.

Подзахоронение же гроба разрешается не ранее чем через 20 лет.

Чтобы подзахоронить урну в родственную могилу, нужно получить специальное разрешение у администрации кладбища. После этого составляется перечень работ, которые нужно провести на могиле, и схема предстоящего захоронения. Просто так разрыть могилу и закопать туда урну нельзя.

Урну с останками можно поместить в нишу колумбария, который расположен рядом с крематорием. Колумбарий, его еще называют стеной скорби или стеной плача, занимает небольшую площадь, и смотрится весьма эстетично. Вместе с урной родные могут поместить в нишу личные вещи, которые обычно кладут и при стандартной ингумации, — телефоны, иконы, фотографии и другое. Колумбарий разделен на три зоны: ниши с мраморными и гранитными плитами с гравировкой, а также семейные, в каждую из них могут поместиться шесть урн.

Открывать нишу колумбария самостоятельно нельзя. Нужно распоряжение уполномоченных исполнительных органов, поскольку это считается эксгумацией и без разрешения может рассматриваться как вандализм.

Еще один колумбарий есть в самом здании крематория, ниши в нем сдаются в аренду за 10 тыс. рублей в год. Их могут открывать сами родственники в любое время согласно графику работы крематория.

Развеять прах

В представлении многих людей процесс развеивания праха выглядит весьма романтично. В законе об этом ничего не говорится, так что, по идее, это можно сделать где угодно. На некоторых российских кладбищах есть специально предназначенные для этого участки — как правило, просто асфальтовые площадки. В Краснодаре и Новороссийске таких участков нет.

В новороссийском похоронном центре есть магазин ритуальных товаров, часовня и зал для проведения поминальных обедов.

Об отношении православия к кремации и возможности воскресения тел

Автор статьи

Игумен Федор (Яблоков)

— Батюшка, часто в суете, по незнанию, а еще чаще из-за проблем с финансами или оформлением документов на захоронение, люди кремируют тела своих близких, а потом хоронят их в урнах. Вам, вероятно, известна эта проблема….

— Да, конечно. Часто современные люди, теряющие своих близких, сталкиваются с вопросом как похоронить этих дорогих людей. До революции такая проблема не стояла. Не было перенаселенности мегаполисов, не было настолько огромных городов, а основная часть населения жила в селах и деревнях. Там христиане, как и сотни лет назад, хоронили своих близких на деревенских кладбищах (погостах). И городским жителям хватало место для упокоения. Никому в голову не приходило устроить бизнес на продаже земли для последнего пристанища. Даже самым нищим находился последний покой под крестом в земле предков. Но времена изменились. Урбанизация, семьдесят лет безбожной власти, цинизм и отрыв от традиций привели к тому, что старые православные традиции захоронения в землю были сильно потеснены новыми, непонятными для русских, идущими вразрез с нашей культурой и обрядами.

— А когда началось это разрушение традиций?

— Многие сотни лет хоронили умерших на Руси только в земле. А первый крематорий в России появился при большевиках в 1920 г. Дикостью считали воспитанные на русской культуре люди сжигание в печи людей. С удивлением и страхом воспринимали многие русские устройство на Красной площади мавзолея, которое тоже расходилось с нашими традициями. Устройство кладбища прямо у Кремлевской стены, а также организация в самой стене колумбария, в которой прямо в стену вмуровывали урны с прахом, было еще одним нелепым и диким нововведением Советской власти. Люди, которые не имели русской культуры, связи с народом, достаточного понимания сути традиций, устроили эту вакханалию и насилие над здравым смыслом. Но суть человеческая такова, что люди ко всему привыкают. Привыкли на протяжении 70 лет советской власти и к этому. Колумбарии и крематории в течение нескольких поколений вписались в нашу жизнь.

— Но, несмотря на то, что советское время бесславно закончилось, эта чужеродная традиция все же осталась! И до сих пор крематории работают на полную мощность, сжигая тела православных… Как это объяснить? Почему же не ушла эта чужеродная традиция вместе с советским наследием?

— К сожалению и сейчас, когда храмы возрождаются, христиан продолжают сжигать в печи огненной. А происходит это во многом потому, что все равно нет настоящей Православной веры, верности традициям, понимания Православного учения, необходимых знаний. Но не только в этом дело. Еще одной большой причиной является то, что пришел на кладбища бизнес, земля для захоронений стала дорогой, ее стало не хватать. Кроме того, появилось много бедных людей, которые просто не могут себе позволить купить эту землю в удобном месте. А в некоторых случаях не только бедные лишены возможности быть похороненными по христиански, но даже вполне состоятельные люди. Чтобы похоронить человека в землю, в наше время во многих случаях нужно быть просто богачом. Зачастую в Москве эти клочки земли для последнего приюта стоят тысячи долларов. И это в нашей бескрайней стране, богатой землей как никакая другая!

— Батюшка, а вообще что изменится от того, что человека сожгут? Ведь разлагается любое белковое соединение, в том числе и тело любого из нас. Какая разница как оно будет разложено?

— Разница принципиальная в данном случае. Конечно, и православные гибли в пожарах, например. Православные и тонули, и тогда их местом погребения становилось озеро, океан или море. То есть во все времена в некоторых случаях получалось, что православного нельзя похоронить в земле. И, конечно, тело разлагалось разными путями во всех случаях (но в некоторых, редких случаях тело не разлагается – когда Господь оставляет в нетлении останки святых угодников, которые именуются святыми мощами как источники Божией благодати).

Но ведь в данном случае важно не то, как тело оканчивает свою жизнь, а важно то, КАКОЕ ОТНОШЕНИЕ у нас к этому телу. И если буддизм, индуизм и прочие восточные религии, откуда и пришла традиция сжигать тела, относятся к телу как к тюрьме души, которую надо после выхода души побыстрее сжечь и выбросить как старую ненужную тряпку, то для христиан тело человеческое – это храм души, который будет в свое время восстановлен при воскресении. Это же совершенно разное отношение к телу, хотя с виду кажется, что способ погребения не важен — все равно все обратится в прах.

— То есть человек может не воскреснуть, если тело его было кремировано?

— Полным и замечательным ответом на этот вопрос могут служить слова Патриарха Московского и всея Руси Кирилла. Патриарх сказал:

«Кремация находится вне православной традиции. Мы верим, что в конце истории произойдет воскресение мертвых по образу Воскресения Христа Спасителя, то есть не только душой, но и телом. Если мы допускаем кремацию, то тем самым как бы символически отказываемся от этой веры. Конечно, речь здесь идет только о символах, ибо и похороненное в земле человеческое тело также превращается в прах, но Бог силою Своей из праха и тления восстановит тело каждого».

— То есть Бог в любом случае может воссоздать тело при воскресении?

— Конечно, Господу возможно все. Он сотворил из ничего весь мир. Он же сможет и воскресить человека, воссоздать из мельчайших атомов ему его тело. У Господа нет невозможного. И конечно не стоит беспокоиться о том, что у Господа может что-то из-за кремирования не получиться. Это нелепость. Если будет Его воля воскресить, то воскрешение непременно состоится. Только здесь дело не в том, что с воскрешением могут быть сложности (это совершенно невозможно предполагать), а в том, что мы Господа печалим своим отношением к тому телу, которое Он нам дал.

Профессор Московской Духовной Академии протодиакон Андрей Кураев об этом писал: «Господь волен воскресить любое тело, и из любой стихии Он способен вернуть его к жизни. Другое дело, что погребение в земле более человечно, более насыщенно библейской символикой и вообще более назидательно и утешительно для близких. Церковь рекомендует уклоняться от кремации тел не из-за опасения, будто кремация скажется на участи усопшего, а из-за того, что она оставляет шрамы в душе тех, кто провожает человека в его последнюю земную обитель…»

Конечно, это относится к случаям, когда эти действия по сожжению продиктованы искаженными желаниями, презрительными отношениями к традициям и вере. В тех же случаях, когда родственники не имели возможности похоронить по-христиански, в силу различных обстоятельств, я думаю, мы Бога не расстроим. Он видит наши проблемы, метания, желания.

— Батюшка, а что с Вашей точки зрения можно считать такими обстоятельствами?

— Разные эти обстоятельства… Как я уже сказал – отсутствие денег купить место на кладбище. Это в наше время часто случается по бедности. Нет либо денег на покупку могилы, либо можно купить землю только на таком кладбище, куда и не добраться никак. Но если как бы по бедности кремируют, а потом на месте захоронения ставят огромный и дорогой памятник, вместо которого можно было купить даже несколько могил. Тут уж о бедности речь не идет, лукавство это.

Еще часто встречается случаи, когда по санитарным правилам невозможно подзахоронить тело в могилу к близкому покойному человеку (дочь к матери, бабушку к дедушке и.т.п.). Чтобы похоронить тело в ту же могилу должно по санитарным правилам должно пройти много времени. А вот урну подзахоронить можно. И многие кремируют своих родственников, чтобы люди, дорогие друг другу при жизни, лежали вместе в могиле. Тоже как бы друг с другом. Но тут важно понимать, что умершие не живут на кладбище. На кладбище лежат только тела (или прах), а души находятся в других обителях. По этому вместе, или на разных кладбищах похоронены близкие люди, принципиального значения для их душ не имеет. Если люди при жизни любили друг друга, шли к Богу, жили по совести, то они будут вместе в любом случае, даже если будут похоронены в разных странах. А вот если один из супругов вел благочестивую жизнь, а второй, например, был богоборцем, то хоть их тела можно похоронить рядом, но их души все равно будут далеко друг от друга.

Так что кремирование и подзахоронение в родственную могилу по человечески понять можно, но все же лучше учитывать при выборе способа погребения эти моменты.

— А если надо кремировать и похоронить в одну могилу просто для удобства? Часто бывает, что просто удобно похоронить в одной могиле. Проще приезжать, убираться, просить служить панихиды. Все в одном месте…

— И это можно понять. Действительно, как пожилой женщине, живущей в Москве, ездить на одно подмосковное кладбище на могилу матери, на другое на могилу мужа, а на третье на могилу к дяде? Конечно, ей тяжело, затратно по деньгам. И если сил нет ездить по всем далеко стоящим друг от друга кладбищам, то можно понять в таких случаях этих людей. Но все же надо бы попытаться найти любую возможность для христианского погребения

— Бывает, что умерший человек сам завещал или говорил о своем желании, чтобы тело его после смерти было кремировано. Как в этом случае быть родственникам, которые и хотят проводить человека по-христиански, но понимают, что воля умершего священна. Перед ними встает тяжкий выбор. Как им в таком случае лучше поступить?

— В случае если сам усопший хотел кремации, и руководствовался при этом не желанием помочь своим родным избежать материальных или иных затруднений, связанных с погребением, а руководствовался желанием просто исчезнуть, чтобы от него не осталось ничего, это страшно. А если человек, который выбирал чужую традицию, исходил при этом не из каких то условий, которые вынуждали его к этому решению, а сознательно делал выбор вразрез с христианскими традициями, это плохо совсем. Это просто ужасно.

— А если такой человек оставил желание быть кремированным, завещал именно так похоронить его. Что делать в таком случае?

— Предсмертную волю, конечно, нарушать не хорошо, но в данном случае ее лучше нарушить. Нарушая такую дерзкую волю, мы спасаем душу усопшего от греха. И Господь нам вменит в правду такое нарушение.

— А как относится к желанию усопшего развеять (рассеять) прах над лесом, морем, дачей, работой и.т.п.?

— Относиться к этому следует как к чужеродной для нас, православных, дикости. Я считаю, что ничего в этом плохого для индуиста нет, это его традиция, его понимание. Но мы не индуисты! И для нас, кроме как «дикость», слова не подобрать.

— А можно ли отпевать человека, который будет кремирован, или заочно отпеть того, чье тело уже кремировано?

— Безусловно, можно. Есть некое околоправославное суеверие, что якобы нельзя отпевать тех, кого кремировали. Это еще одна нелепость, которую придумали и разносят люди, которые не понимают существа Православного учения. Церковь не лишает души усопших своих поминальных молитв из-за того или иного способа погребения! Это же очевидно! Отпевание – это молитва о душе, и отношение отпевание имеет только к душе умершего человека. Способ погребения в данном случае практически не имеет никакого значения.

Но когда есть возможность и средства похоронить человека должным образом в земле, а родственники ради собственного удобства выбирают кремацию, то грех не на усопшем, грех – на родственниках.

— Часто возникают вопросы другого рода, связанные с кремацией. Что сделать с иконой, находящейся в руках у усопшего, которого кремируют? Как поступить с благословлённой землёй? Что делать с венчиком и разрешительной молитвой в руке умершего перед кремацией?

— Если усопшего отпевали до кремации, то перед самой кремацией надо убрать икону из гроба. Венчик и разрешительная молитва сжигаются вместе с телом. Землю же необходимо перед кремацией рассыпать по гробу (если это не было сделано в храме).

Если же отпевали заочно, уже после кремации, то во время подхоранивания урны в могилу необходимо рассыпать погребальную освященную землю крестообразно прямо по ней. При этом надо читать Трисвятое.Если урну помещают в колумбарий, то землю рассыпать нужно по любой могиле, где похоронен христианин (но не помещать благословлённую землю в колумбарий!)

— Ну, а если уже так получилось, что кремировали. Или выбора другого не было, или раньше сами не верили в загробную жизнь, или не знали, что так нельзя. А теперь близкие мучаются вопросом о том, как это может сказаться на посмертной жизни души дорогого человека. Этот страх за душу близкого очень сильный. Как же может сказаться на состоянии души близкого человека кремация? Насколько это страшный грех?

— Приведу слова древнехристианского писателя Минуция Феликса, который сказал: «Мы не боимся никакого ущерба при любом способе погребения, но придерживаемся старого и лучшего обычая предавать тело земле». То есть, если уж случилось тело человека кремировать, то не надо из этого делать великую трагедию, которая приводит к тому, что мы не только оплакиваем близкого, но еще и оплакиваем тот способ погребения, которым мы его похоронили.

В каждом действии человека заложен определенный символ. Не исключение и такие ключевые моменты, как рождение, крещение, отпевание, смерть и захоронение. Что такое кремация? Это процесс, во время которого тело человека отправляется в огнь, в пещь огненную, прямой образ в Евангелии – «будут брошены в пещь огненную, где будет плач и скрежет зубовный». Но это, конечно, не значит, что он попадет в ад. Как не значит, что человек, похороненный по-христиански, попадет в Рай. Это было бы слишком просто. Нам бы не надо было ничего делать, стремиться исправлять жизнь, а надо было бы только создать условия для правильного захоронения. Но мы, конечно, понимаем, что Господь будет судить душу усопшего не по способу погребения, а по делам при жизни. Просто этот поступок, кремирование, иногда обнажает то, что для нас Евангельские слова не дороги (это относится только к тем случаям, когда человек сознательно идет на то, чтобы кремировать близкого, а не под воздействием обстоятельств)

Читайте так же:  Davines кондиционер для волос

Но даже если мы это сделали, то теперь ничего вернуть не можем. И слезами, нервами тоже ничего в прошлом не изменим. Мы не сможем из кремированного праха вновь воссоздать тело, чтобы его похоронить по-христиански. И мы не должны казнить себя за то, что так похоронили дорогого нам человека. Но мы должны покаяться, попросить прощения у Господа Бога за наши неправильные действия. Да и у усопшего тоже хорошо попросить прощения: «Матушка, прости, что так получилось». И через это прощение смиряться, а через смирение приближаться к Богу, в том числе в молитве об усопших. То есть, говоря проще, не надо рвать на себе волосы из-за того, что уже сделано. Но очень необходимо исправить прошлую ошибку собственным покаянием, смирением. Ведь Богу важнее всего духовное состояние, наша помощь ближнему и молитва об усопшем. И когда мы покаемся на исповеди за это, то Господь нас простит. И не надо будет слезы лить из-за ошибки нашей. И надо понимать, что если мы за совершенный грех идем по пути молитвы, покаяния и смирения, то даже наши греховные поступки по Промыслу Божию обращаются во благое.

— А насколько тяжел этот грех? Нарушил ли человек, который прибегнул к кремации близкого, вероучение и уставы Церкви? Может ли он себя считать после этого членом Церкви?

— Конечно, может считать, за это никто не отлучает от Церкви. Церковь не запрещает кремацию категорически. У Церкви есть твердое мнение, но оно снисходительно. А к самому вероучению это отношения имеет еще меньше. Профессор Московской духовной академии Алексей Ильич Осипов так говорит об этом:

«С точки зрения православного вероучения, не имеет никакого значения, был ли человек предан земле или был кремирован. Традиционный способ погребения имеет значение лишь в плане благочестивой традиции, поскольку сопряжен с определенными церковными действиями и более глубоким восприятием человеческого тела. Одно дело урна, и другое – это покойный, которого мы опускаем в землю, в эту реку забвения земного. Мы как бы сохраняем этого человека, не искажая его тело. Здесь присутствуют некие моменты, которые, несомненно, более правильные по сравнению с кремацией, но они не касаются существа веры».

Все за сегодня

Война и ВПК

Мультимедиа

Выгорание: что на самом деле происходит в крематории

40 лет назад менее 5% американцев кремировали свои тела после смерти. Теперь эта цифра достигает почти 50%. В этой статье мы расскажем о работе крематория и том, что происходит с культурой, когда отношение к увековечиванию памяти умерших существенно меняется.

Одного взгляда на кладбище Роузхилл в Линдене, штат Нью-Джерси достаточно, чтобы понять, что оно находится в небольшом городке: дорожки, обсаженные деревьями, холмистые лужайки и указатели на каждом углу. В это летнее утро буднего дня здесь стоит привычная атмосфера потерь и утрат. Желтое такси ждет пассажира, отдающего последний долг у одной из могил. Мужчина и женщина в церковной одежде паркуют автомобили на обочине и идут к месту погребения. Экскаватор выкапывает место для нового постояльца.

Издавна установился такой порядок обращения с умершим. Человек умирает, его хоронят, а надгробием отмечают место могилы среди остальных отошедших в мир иной. Но сегодня я направляюсь в другую часть кладбища, куда заходят немногие (хотя в настоящее время ситуация стремительно меняется).

Это место называется колумбарий, и поначалу само существование подобной комнаты с урнами для праха может вызвать удивление. В фильмах урна с останками умершего обычно покоится дома на полке, либо друзья развеивают прах в каком-то священном месте. В реальной же жизни многие кремированные остаются на кладбище так же, как их похороненные товарищи.

Полы здесь покрыты розовыми коврами. Тишину пронзает шум пылесоса. Вдоль стен тянутся ряды небольших ниш с урнами разного размера и вида, каждая в духе своего времени. Урны постарше отличаются изощренностью стиля: одну венчает вечный огонь, другая выполнена в форме Библии. Урна с надписью «Генриетта Лейбер, 1866-1933» выполнена в форме желудя. Рядом с ней стоит фотография Генриетты в белом платье без рукавов и длинных жемчужных серьгах, волосы коротко подстрижены, как у взбалмошной девицы 1920-х годов.

Современные урны более простые по своим формам и стилю. К тому же они объемнее, но не из тщеславия. В процессе кремации от тела человека остается больше, чем раньше. Некоторые семьи украсили ниши цветами, семейными фотографиями или изображениями Иисуса. Другие оставили нишу пустой и поместили урну за мраморную пластину. В этом есть некоторая ирония: тело разрушили до мельчайших органических частиц, чтобы потом окружить его камнем для защиты.

Сегодня мы наблюдаем радикальное изменение восприятия смерти и того, что следует за ней. За последние несколько десятилетий число американцев, предпочитающих кремацию устаревшему погребению, сильно возросло. Именно это и привело меня на кладбище Роузхилл, и теперь вместе с Джимом Кословски, главой кладбища Роузхилл и Роуздейл, я намереваюсь погрузиться в его мир и узнать, как меняется работа кладбищ в условиях кардинально нового восприятия смерти и похорон.

Мы продвигаемся дальше в колумбарий и проходим через Розовую комнату. Здесь урны не спрятаны за стеклом, а стоят открытые для всеобщего обозрения. Такой подход мне нравится больше: стеклянные ящики напоминают витрины в аптеках, где без продавца с ключом доступа к товарам нет. В дальнем конце комнаты находятся двери из цветного стекла. Кословски отодвигает их, открывая еще одни двери, на этот раз железные, как в фильмах про шпионов. Они такие прочные не просто так: дальше находится сам крематорий.

Мы входим. Помещение напоминает фабрику, назначение которой — особый вид разрушения.

Социально приемлемо

В 1980 году менее 5% американцев кремировали после смерти. Согласно данным Ассоциации крематоров Северной Америки, теперь эта цифра достигает 50%. Причина, несомненно, в изменении культурных и религиозных норм. Но если вам хочется понять, что ускорило изменения, достаточно вспомнить Мировой экономический кризис.

«Рост количества кремаций начался с приходом кризиса в 2008 году, когда многие люди остались без работы. Она не такая дорогая, как захоронение», — объясняет Кословски.

«Не такая дорогая» — это еще мягко сказано. Кремация в Роузхилл стоит всего $180, хотя урна, цветы и прочие услуги оплачиваются отдельно. Для сравнения, место на кладбище может стоить до $2500 плюс доплата в $1500 за выкапывание могилы экскаватором.

Роузхилл находится в получасе езды от Манхэттена, сегодня там кремируют около 25 тел в день, и это количество увеличивается в соответствии с растущим спросом. В крематории уже были три установки для кремирования, в 2013 и 2016 годах купили еще две, а к концу года планируется приобрести и установить уже шестую по счету.

Конечно, сжигание мертвых явление не новое — так в последний путь отправляли еще задолго до того, как кризис заставил американцев беречь каждую копейку. Кремировать начали в каменном веке. Также это было традицией, хоть и не повсеместной, в Древней Греции и Риме. В некоторых религиях, например, индуизме и джайнизме, кремация была не только разрешена, но и предпочтительна.

Расцвет христианства положил конец практике кремации на Западе. Уже в 330 г. н. э., когда император Константин объявил христианство официальной религией Римской Империи, кремацию, считавшуюся языческим обрядом, запретили. Причина для запрета была связана с идеей о воскрешении — лучше, если тело сохранится целым или в одном месте. Во времена Реформации Католическая церковь, мягко говоря, не одобряла или вовсе запрещала кремацию, однако сожжение использовали в качестве наказания либо из гигиенических соображений. В иудаизме кремация также была под запретом. К V веку кремация в Европе перестала использоваться совсем.

Кремация вернулась в Европу в 1870-х годах, в основном из-за проблем здравоохранения: необходимо было сдерживать распространение болезней. Первый современный крематорий был построен в США в 1876 году, а второй — спустя 8 лет. К 1900 году их насчитывалось уже 20. Новый подъем популярности пришелся на 1963 год, когда Католическая церковь во время проведения Второго Ватиканского собора коренным образом изменила свое мнение о кремации. Теперь она была разрешена, а вот развеивание праха нет.

Сегодня на территории США функционируют более 2100 крематориев, и возвращение подобной практики обусловлено не только стоимостью. Влияет меньшее количество религиозных запретов и изменения в предпочтениях клиентов: людям нужны более простые и менее ритуализированные похороны. Сказывается и высокий темп жизни современного человека, считает Роберт Биггинс, владелец похоронного бюро Магун-Биггинс в Рокленде, штат Массачусетс. «Люди не остаются на всю жизнь в своем родном городке. Мы намного мобильнее. Поколение Х и миллениалы меняют работу каждые 5-7 лет». Американцы не хотят оставаться на одном месте даже после смерти.

В Китае умирают российские дети

Что произойдет с тобой после смерти?

После тигров Путин берется за омуля

Заучились до смерти

Похорони меня, любовь моя

Бизнес со смертью

Настало время похоронить Ленина?

Есть еще один момент, который продвигает кремацию как альтернативу погребению. «Мест на кладбищах остается все меньше», — поясняет Кословски. По его оценке, уже через 15 лет в Роузхилле мест не будет совсем. Поэтому неудивительно, что многие кладбища устанавливают крематории. Хотя это и вызывает недовольство, особенно в жилых районах.

«Есть стереотипы на этот счет, — поясняет Кословски. — Все еще остаются люди, которые считают крематории мерзкими и отвратительными заведениями. Они не хотят, чтобы нечто подобное стояло рядом с их домом».

Как работает крематорий

Мы с Кословски проходим через двойную дверь. Как только мы заходим в крематорий, раздается сигнал.

«Зачем он нужен?» — спрашиваю я.

«Он означает, что, возможно, к двери приближается катафалк. Этот сигнал предупреждает занятых сотрудников, что кто-то пришел», — отвечает он.

Тела доставляют в деревянных или, чаще всего, картонных гробах, в которых они находятся в течение всей процедуры кремации. Это делается по медицинским соображениям и защищает сотрудников от инфекций. Есть еще и этические причины: Кословски говорит, что «семьи хотят, чтобы их умершие родственники лежали в чем-то». Это разумно и с точки зрения логистики: «Без гроба было бы чрезвычайно сложно загрузить останки. Представьте себе человеческое тело и попробуйте поместить его в кремационную установку».

При крематории есть холодильная камера. Гробы доставляют туда и размещают на полках. На одном из них я увидел бирку компании Delta Airlines, на которой было написано: «Человеческие останки. Нам не наплевать». Обычно тела умерших находятся в холодильной камере 1-2 дня, потому что в большинстве штатов существует закон, требующий, чтобы между смертью и кремацией прошло не менее 24 часов. Когда случается что-то настолько фатальное, спешка ни к чему.

Пять больших установок для кремации занимают целый этаж. Оборудование покрыто алюминием с алмазным напылением: такое покрытие можно увидеть на пожарной машине или профессиональном ящике для инструментов. Кстати, это называется «кремационное оборудование», а не «печь». И не стоит называть кремацию сжиганием трупов, даже если это по существу так. Существуют слова, которые не стоит говорить в крематории.

«Слово „печь» несет в себе негативный оттенок, потому что ассоциируется с Освенцимом. Люди стараются избегать этого термина», — рассказывает Брайан Гэмидж, директор по маркетингу в компании U. S. Cremation Equipment в Алтамонте-Спрингс, штат Флорида.

Когда тело готово к кремированию, его забирают из холодильной камеры, кладут на каталку и везут к одной из кремационных установок. При кремировании ошибки недопустимы и непростительны, поэтому Роузхилл дважды подтверждает личность умершего, чтобы семья получила урну с прахом своего родственника, а не кого-либо еще. Снаружи кремационной установки прикрепляют копию квитанции об оплате, а к самому телу умершего кладут металлическую идентификационную бирку, похожую на армейский жетон.

Дверь кремационной камеры открывается на 75-90 сантиметров, однако большинство сотрудников открывают ее всего лишь на 30 сантиметров: как раз по ширине тела. Если открыть шире, то в помещении станет невыносимо жарко, что может нанести вред сотруднику. Тело помещают в кремационную камеру, подталкивая специальным инструментом или вручную. На каталке, а иногда и внутри кремационной камеры, есть вращающиеся цилиндры, поэтому гроб с легкостью входит в камеру для кремирования.

Кремационная установка состоит из двух камер: первичной, где находится тело, и вторичной, где сжигаются образующиеся газы.

Стенки первичной камеры выложены кирпичом, а пол и крыша изготовлены из высокопрочного огнеупорного бетона. Горелка находится на потолке и нагревает камеру примерно до 650 градусов по Цельсию. При такой температуре тело разрушается на газ и фрагменты костей.

Образовавшиеся газы и фрагменты костей перемещаются в следующую камеру: это девятиметровый лабиринт, в котором газ удерживается около двух секунд. Во вторичной камере газ и фрагменты костей нагреваются до 900°C, чтобы измельчить их и уничтожить запах, после чего газ выбрасывают в атмосферу. Гэмидж говорит, что вторичная камера похожа на преобразователь выхлопных газов на старых автомобилях: она очищает выбросы выхлопной системы.

«Любое твердое вещество превращается в газ, если нагреть его до нужной температуры. По сути, именно это происходит с телом: ткани нагреваются до такой степени, что превращаются в газ, — объясняет Гэмидж. — Любое горение, будь то сжигание топлива в автомобиле или приготовление еды на гриле, обязательно влечет за собой загрязнение атмосферы. При проектировании оборудования для крематориев большое внимание уделяется тому, чтобы выбросы соответствовали государственным экологическим нормам».

Согласно природоохранным агентствам большинства штатов, выбросы твердых частиц в сухом остатке должны составлять менее 0,06 грамма на кубический фут (1 кубический фут равен 28,31 литра — Прим. Newочём). Сложности возникают, когда газы накапливаются во вторичной камере и концентрация начинает превышать допустимые нормы. Так происходит, если оборудование сконструировано ненадлежащим образом, или если сотрудник перегружает первичную камеру. Перегруз первичной камеры происходит по неожиданной причине: например, если поместить в нее человека с лишним весом, не приняв во внимание график других кремаций.

Звучит жутко, но сотрудникам крематория действительно важен вес усопшего. Оборудование не понимает разницу между 70 и 180 килограммами и просто выполняет свои функции. Работники же точно знают, что для сжигания 45 килограмм человеческого жира нужно 64 литра керосина. Если нужно кремировать тело, которое весит 180 килограмм, то по меньшей мере 90 из них придутся на жировую ткань, которая сгорает довольно быстро. Если вы поместите такого человека в слишком разогретую первичную камеру — перегрев оборудования часто происходит через несколько часов непрерывной кремации, к концу рабочего дня — из камеры повалит дым и неприятный запах.

«Оборудование не справляется с таким объемом газа, — поясняет Гэмидж. — Большинство опытных сотрудников кремируют такие тела в начале дня, когда кремационная установка еще не перегрелась».

В крематории Роузхилл я смотрю на монитор компьютера, который сводит ритуал кремирования к необработанным данным на мониторе. Это вторая кремация за сегодня. Тело внутри — мужчина в картонном гробу, весовая категория — от 90 до 260 килограмм. Процедура длится уже час и двадцать минут. Диаграмма на экране отображает данные обеих камер. Три маленькие голубые лампочки под одной из камер показывают, что в первичную камеру подается дополнительный воздух для охлаждения. До этого температура внутри первичной камеры составляла 870-980°C, а сейчас опустилась до 490-620°C.

В целом для кремации тела требуется около полутора часов с небольшими отклонениями в зависимости от веса человека и типа гроба. Временные затраты ограничивают количество кремаций в день. Во время моего визита все пять кремационных установок работали. За восемь часов с помощью одной кремационной установки можно кремировать пять тел. Крематорий Роузхилл работает шесть дней в неделю: оборудование простаивает только по воскресеньям.

Читайте так же:  К чему снится новая стрижка и цвет волос

«По религиозным соображениям?» — спрашиваю я Кословски.

«Нет, — говорит он. — Нам просто нужен выходной».

Рядом с домом

Лиза Томаселло выросла в большой итальянской католической семье. В те времена за смертью родственника следовали два-три изнурительных дня. В соседней комнате посетители вписывали свои имена в гостевую книгу и становились в очередь к гробу усопшего. Они сидели перед телом покойного, стояли на коленях, молились, крестились, целовали усопшему руки, лицо и губы. «Чем ближе были отношения, тем ближе к губам», — поясняет Лиза.

Близкие родственники сидели в первом ряду, принимая тех, кто пришел попрощаться с усопшим. Рыдания и причитания на итальянском были обычным явлением. В полдень семья уходила на обед, где все рассказывали друг другу истории и смеялись, после чего возвращались в похоронный зал, чтобы еще несколько часов провести в рыданиях. Затем похороны: процесс начинается в похоронном зале, продолжается в церкви и заканчивается на кладбище, после чего гостей приглашают на поминки.

Тело похоронили, надгробный памятник поставили, а дальше что? Во время каждого траура Томаселло задавалась этим вопросом. В первые несколько лет, вы, возможно, ходите на кладбище, но, скорее всего, в следующий раз вы там окажетесь, когда будут хоронить другого вашего родственника. «На могиле моих дедушки и бабушки уже больше 30 лет никого не было», — рассказывает она.

Томаселло выросла, и когда ее собственные родители покинули этот мир, ей захотелось изменить стандартный траурный ритуал. Когда умерла ее мать, Лиза и ее братья и сестры решили провести скромную церемонию и кремировать тело. Несколько лет спустя умер отец: на этот раз они отказались от официальной церемонии, выпили по рюмке Jack Daniels в честь отца, а затем кремировали его и поделили прах между собой.

«Меня успокаивает, что прах моих родителей стоит у меня в спальне. Я не испытываю чувства вины, что давно не была на их могиле — они здесь, со мной».

Нам трудно отпускать. Мы хотим, чтобы наши ушедшие близкие были рядом с нами. Иногда мы даже очеловечиванием вещи, которые напоминают нам о них. Это способ вернуть дорогих людей к жизни. Нет, урна — это не просто контейнер, в котором лежит прах мамы. Урна — это и есть мама.

Чтобы увековечить память об отце, я купила скамейку и поставила ее на тротуаре у себя в городе. Теперь эта скамейка напоминает мне отца. Когда я встречаю рассвет и вижу силуэт скамейки, я чувствую, будто он встречает его вместе со мной.

Что же остается

Непросто говорить об этом, но физические характеристики, приходящие на ум, когда мы представляем себе наших любимых — их глаза, кожа, волосы — бесследно исчезают в процессе кремации. После всего того, что мы переживаем — опыт, воспоминания, страдания и боль, сданные экзамены и усвоенные факты — крупнейшую часть останков покойного после кремации составляет гроб. «Как правило, кремированные останки состоят из фрагментов костей усопшего и пепла от гроба. Не забывайте, мы на 75% состоим из воды», — объясняет Кословски.

После окончания процедуры кремированные останки помещают на подобие серебряного подноса. При помощи магнита сотрудник крематория собирает несгоревшие металлические предметы. Это могут быть скобы, шурупы, шарниры и протезы. Затем вручную отбирается то, что пропустил магнит, — скажем, осколки стекла от бутылки виски, с которой дети пожелали кремировать покойного отца. Все это погребают где-то на территории кладбища.

«А это что?» — интересуюсь я, указывая на поднос с останками.

«Один из фрагментов кости. Возможно, межпозвоночный диск, — отвечает Кословски и добавляет — здесь можно свериться с анатомией».

«Я не знаю, в чем дело. Это может быть связано с принимаемыми лекарствами. Сложно сказать. Возможно, это был рак».

Оставшиеся части костей и пепла помещают в измельчитель, мало чем отличающийся от кухонного миксера. Затем останки пропускают через решето и закрывают в контейнер для семьи, хотя так бывает не всегда. Представители некоторых азиатских культур хотят самостоятельно извлечь неизмельченные останки костей усопшего. Особенно ценятся череп и тазовая кость. Такие семьи категорически против измельчения.

Индусы часто хотят, чтобы процесс кремации был инициирован старшим сыном в качестве ритуала посвящения, поэтому его пропускают в крематорий, чтобы включить установку. Еженедельно около десятка семей выражают желание наблюдать за процессом кремации. Роузхилл предоставляет для таких случаев смотровую площадку. По мнению Кословски, важно, чтобы люди понимали процесс и не сомневались в кремации из-за ложной информации или сплетен.

«[Некоторые] полагают, что несколько человек кремируют одновременно, а гробы перепродают. Да что угодно. Люди же смотрят новости».

Я выпытываю у него правду про городские легенды о крематориях. Что из этого истинно? Смешиваются ли останки одних кремированных людей с другими? Мой собеседник объясняет, что всех кремируют по отдельности, а установки тщательно очищаются после процедуры.

И все же вспоминаются слова Барбары Кеммис, представительницы Ассоциации крематоров Северной Америки, о том, что несмотря на уборку установок между кремациями, мельчайшие частички могут застрять в крошечных трещинах кирпичных стен и бетонного пола установки и случайно попасть в останки другого кремированного человека. Пожалуй, это один из тех аспектов кремации, о которых лучше не задумываться.


Непогребаемое

Кремация, как и смерть, окончательна. И все же это не исключает последующих сомнений. Сьюзан Скилз Люк, маркетинговый консультант из Колумбии, штат Миссури, кремировала свою мать и захоронила останки на семейном кладбище. Теперь же она сожалеет, что в могиле лежит не тело, а лишь прах покойной.

«Когда я навещаю ее, что бывает нечасто, мне хочется, чтобы ее тело, облаченное в лучший субботний наряд, лежало под землей вместе с телами моих покойных бабушки, дедушки и любимой тети, а не в виде тяжелой обувной коробки, наполненной чем-то схожим с сигаретным пеплом», — сокрушается она.

Когда 13 месяцев спустя ее старший брат, с которым она была очень близка, трагически скончался от передозировки, кремация вместо традиционных похорон показалась даром свыше. «Если вы еще злитесь — возможно кто-то из ваших близких скончался, как мой брат — кремация позволит избежать публичной драмы, демонстрации тела или обсуждения обстоятельств смерти. О логистике „тела» можно задуматься позже, когда придете в себя», — рассказывает Сьюзан.

Несомненное преимущество кремации состоит в том, что она позволяет решать эмоциональные проблемы удобным для вас образом. А что с недостатками? Вам достаются останки, осязаемый объект, обременяющий воспоминаниями. После смерти брата, Сьюзан забрала его прах по дороге с работы, словно это было повседневное дело. В конце концов, похоронное бюро было по пути домой. «Как же необдуманно я поступила, не поручив это дело кому-то другому, ведь я никогда не делала этого прежде. Я не ожидала, что меня это так заденет. Я с грохотом швырнула прах в багажник и проревела всю дорогу до дома», — вспоминает девушка.

Несколько лет спустя, когда скончался ее отчим, она не смогла забрать останки даже после нескольких звонков из похоронного бюро. «Я ни разу не сняла трубку. Я прослушала одно голосовое сообщение, вежливо напоминающее о необходимости „забрать своего отца». Эта фраза в сочетании с тем фактом, что „мой отец» был лишь горсткой пепла в коробке, напомнила мне о том, как я забирала останки своего брата Тома».

Однажды она вернулась домой и обнаружила на пороге коробку с прахом отца. Сейчас две коробки с останками лежат где-то на складе, хотя она и не знает, где именно. Она попросила своего мужа спрятать их, чтобы она не могла их видеть. «Не самая здоровая реакция», — признается она.

Эллен Херман, которая занимается цифровой рекламой в Лос-Анджелесе, оказалась в схожем положении. Около девяти лет назад с разницей в один год скончались оба ее родителя, после чего они были кремированы. Она решила направиться в мавзолей во Флориде, где незадолго до смерти жили ее родители, чтобы найти место для их праха и почтить память теплыми словами. Во всяком случае, именно так она намеревалась поступить, но так и не осуществила намеченное.

«Они у меня дома. Вообще-то прямо в моей спальне! В коробках под грудой всякого хлама. Некоторое время я хранила их в гараже, но это тоже казалось неправильным», — рассказывает она.

Часть их останков, вместе и по раздельности, находятся в разных местах. Немного праха отца хранит его брат, но большая часть лежит в коробках, дома у Эллен. «Никто из моих братьев не захотел забирать прах себе, а мне казалось неправильным развеивать его. Думаю, что поскольку теперь семьи живут не так близко, как прежде, уменьшилась важность посещения кладбища, и все же хранение праха в коробках в спальне представляется мне совершенно неуважительным по отношению к усопшим», — делится Эллен.

Иногда вместо того, чтобы похоронить близких в земле, мы хороним их под грудой вещей. Мы теряем их среди прочих эмоционально окрашенных атрибутов нашей жизни, ведь пережить это непросто.


Предание земле

Из земли мы вышли, в землю и уйдем. Никто не спорит, вопрос лишь в том, не навредим ли мы экологии, пока будем уходить. Кремация все больше конкурирует с похоронами за место самого привычного посмертного ритуала, и серьезное опасение вызывает вклад этой процедуры в загрязнение окружающей среды. Некоторые даже начинают подыскивать более изощренные способы избавления от человеческих останков.

В качестве более экологичной альтернативы рекламируют технологию щелочного гидролиза, при которой в воздух попадает меньше угарного газа и других вредных веществ. При щелочном гидролизе тело помещают в камеру, которую заполняют водой и гидроксидом калия, а затем под высоким давлением нагревают до температуры 160°C. Через три часа мягкие ткани превращаются в грязно-зеленую жидкость, а кости размягчаются так, что их можно раздавить. Кости обычно отдают семье, а жидкость сливают в канализацию.

Прямо технология для какой-нибудь антиутопии, правда? Так кажется неспроста: ее изобрели для утилизации скота, пораженного коровьим бешенством. Когда европейским фермерам приходилось забивать огромные стада больных коров, они сбрасывали трупы животных в ямы, обливали бензином и сжигали. С появлением щелочного гидролиза в 1990 году для этой цели начали производить шестиметровые баки из нержавеющей стали. Высокое давление при щелочном гидролизе уничтожает прионы — белковые частицы в мозгу коров, ответственные за появление бешенства. Прошли годы, и некоторые компании начали позиционировать щелочной гидролиз как экологически чистый способ утилизации человеческих останков. «Взяли существующую технологию и применили в области кремации, — рассуждает Гэмидж из US Cremation Equipment. — Капитализм в чистом виде».

Технология не пользуется популярностью, и неудивительно: она медленная и дорогая. Аппарат из нержавеющей стали может стоить от $175 тыс. за базовую комплектацию до $500 тыс. за самую продвинутую модель. Для сравнения, цены на кремационные установки варьируют в диапазоне от $80 до $100 тыс. Есть и юридические сложности: применение технологии запрещено, пока правительство штата не выпустит соответствующий законодательный акт.

Брезгливость тоже играет роль. Не будем забывать, что речь идет о том, чтобы сделать из человеческого тела густой суп и слить его в канализацию. Идея, может, и сохранит привлекательность для тех, кто и думать не хочет о сожжении, но большинству непросто свыкнуться с тем, как утилизируются побочные продукты щелочного гидролиза.

Прагматичный в вопросах смерти Кословски смотрит на это иначе.

«Люди думают так: что же это получается, мало того, что маму растворили, теперь еще и в канализацию сольют?! Их можно понять. Но, скажем, при бальзамировании, жидкости тела тоже выливают. Никакой разницы».

Материальные свидетельства

В кино часто можно видеть, как персонажи развеивают прах близкого человека: кто с палубы корабля, кто с вершины горы. В реальности так происходит нечасто. По оценкам Ассоциации крематоров Северной Америки, 60-80% кремированных останков остаются у родственников. Кто-то решил отнести останки на кладбище или развеять прах чуть позже. Так урны и остаются лежать дома.

«В новостях недавно показывали, как люди пытаются найти прах родственников после пожара, наводнения или оползня. Так что большой процент останков хранится у людей дома», — делает вывод Кеммис.

Места, где разрешено развеивать содержимое урны, регулируются законодательством. Например, в Массачусетсе закон предписывает рассеивать прах «с почтением». Спрашивается, что это значит. Отвечает Биггинс из похоронной конторы «Магун-Биггинс»: «Имеется в виду, что нельзя просто так взять и начать разбрасывать пепел по всей Мейн-стрит или насыпать его соседу перед гаражом. Но нет ничего плохого в том, чтобы провести церемонию на площадке для гольфа, где 40 лет играл ваш отец».

Развеять прах близкого человека по ветру — затея романтичная. Однако в том, чтобы выделить покойному специальное место и написать там его имя, тоже есть свой смысл.

«Мы ставим надгробия на могилах близких, чтобы сохранить память о них», — считает Биггинс. Его жена трагически погибла в возрасте 57 лет, и он часто приходит к ней на могилу. Уже одно ее имя способно немного его утешить. «Многие оставляют на надгробии камешки и монетки. Я каждую неделю туда хожу, их там уже несколько десятков. Так тепло становится на душе, когда видишь, что люди о ней не забывают».

Уже собравшись уходить, я решаю постоять у могилы моего друга Дэвида. Он вырос в Гарлеме и в жизни ему пришлось нелегко.

Мать — алкоголичка. Отец ушел из семьи. Несмотря на живую мать и бабушку с дедушкой, парнем все равно занималась служба защиты детей. Он получил образование в муниципальной школе в округе Кортленд и там же смог поступить в Государственный университет штата Нью-Йорк на стипендию за достижения в футболе. Проучился он всего семестр и вернулся в Гарлем. Дальше все как в плохом кино: познакомился с девушкой, попробовал крэк, потерял работу, заразился ВИЧ. В результате появились проблемы с почками: пришлось десять лет жить на диализе. Он умер в 2015 году от сердечной недостаточности, одним из первых в списке на получение донорской почки.

Я была на церемонии его похорон, но до кладбища, на котором стою сейчас, так и не дошла. Самое время это исправить. Мне дают «адрес»: секция 48, ряд 24, могила 83. Кладбище очень большое, но, обнаружив нужную секцию, я быстро нахожу его могилу. К моему удивлению, я вижу только клочок земли да число 83 на бетоне — никакого знака, что здесь похоронен именно Дэвид. По одну сторону от его участка — большие мраморные надгробия, по другую — внутри проволочной оградки — куча пластиковых цветов, обрывки голубых ленточек и веревочек, кресты из пенопласта с надписью «я тебя люблю» и сдувшийся белый шарик. Как будто вчера на соседнем участке был праздник, а Дэвида не пригласили.

Это как-то несправедливо, подумалось мне. Он очень хорошо относился к людям: и ко мне, и к своей девушке-наркоманке, и к своей племяннице из Флориды, которой он посылал деньги, хотя у него самого их практически не было. Без надгробного камня никто никогда не узнает, что он где-то там, внизу. А точнее, что когда-то он был здесь наверху.

Ни похороны, ни кремация не избавляют от самого сложного — нужно отпустить близкого человека из этого мира в мир иной. Людям необходимы материальные свидетельства того, что умерший когда-то вместе с ними ходил по Земле. Неважно, какие именно: сгодятся и надгробие, и скамейка, и урна.

Я подхожу к машине и на заднем сиденье вижу фигурку футболиста, которую мой сын откопал в каком-то хламе. Достаю из бардачка черный маркер, пишу на ней: «Дэвид. 23 апреля 1954 — 23 апреля 2015». Возвращаюсь к могиле 83 и кладу фигурку на то место, где мог бы стоять надгробный камень. Оставила на могиле камешек, как иногда делают, и пошла к машине.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.