Меню

Анозогнозия слепоты

Синдром Антона-Бабинского

Бытует мнение, что осознание проблемы — это уже 50% ее решения. Однако осознать и принять болезнь подчас совсем непросто, и не только психологически: больные с синдромом Антона-Бабинского имеют существенные проблемы со слухом и зрением, но не осознают их в силу определенного поражения головного мозга.

Впервые наблюдения о том, как пациенты с корковой слепотой или глухотой воспринимают свои собственные заболевания, были опубликованы Габриэлем Антоном 1899 году [1]. В 1914 году описание было дополнено французским неврологом Жозефом Бабинским, отметившим аналогичные нарушения у больных с корковым параличом и предложившим термин «гемисоматоагнозия».

Суть синдрома Антона-Бабинского (анозогнозии) состоит в том, что больные не осознают свой недуг или же относятся к нему беззаботно и благодушно, при том, что у них отсутствуют признаки деменции или нарушенного сознания. Степень анозогнозии может быть различной — от недооценки нарушений и отсутствия тревоги в связи с дефектом до неосознания и даже отрицания болезни.

Агнози́я (греч. отрицательная приставка a + gnōsis — познание), МКБ 10 R48.1 — нарушение процессов узнавания и понимания значения предметов, явлений и раздражений, поступающих как извне, так и из собственного тела при сохранности сознания и функций органов чувств. Страдают высшие гностические механизмы воспроизведения целостных образов. Различают вкусовую, зрительную, обонятельную, сенситивную и слуховую формы. Малая медицинская энциклопедия. — М.: Медицинская энциклопедия. 1991-96 гг.

Анозогнози́я (а + греч. nosos — болезнь, gnosis — знание, познание), МКБ 10 R41.8 — разновидность агнозии, при которой у пациентов с психическим расстройством или неврологической патологией отсутствует осознание собственной болезни. В. Жмуров. Словарь терминов психиатрии — 2009.

Гемисоматоагнози́я — разновидность агнозии, при которой больной игнорирует половину тела при частичной сохранности ее функций. Так называемый синдром Бабинского слева или справа, а также с двух сторон. При полной или неполной сохранности движений в руке и ноге, больной не пользуется ими для осуществления разнообразных действий. Он «забывает» о них, игнорирует их существование, не включает в работу. А. Парняков, А. Власова. Нейропсихологические синдромы. — 2004.

Этиология и патогенез синдрома Бабинского

Симптомы синдрома Антона-Бабинского наблюдается при обширном поражении теменной доли субдоминантного (обычно правого) полушария головного мозга. Как и при других корковых синдромах, восприятие дефекта нарушено на стороне, противоположной патологическому очагу.

Современные датские неврологи Дэниэл Кондзиелла и Сиска Фрам-Фалкенберг в своей статье [2] высказывают предположение, что основная причина отсутствия осознания больными своего заболевания — повреждение не столько коры, сколько белого вещества (ассоциативных связей между первичными центрами и вторичной и третичной корой). То есть при повреждении коры «страдает» сама функция, а при повреждении белого вещества нарушается ее корковый «контроль».

Примечательно, что даже если больному «докажут», что с ним не всё в порядке, его беззаботность сохраняется. Вероятно, это объясняется тем, что пострадавшее субдоминантное полушарие является высшим центром, отвечающим за формирование эмоциональной оценки и осознание эмоций.

Чаще всего синдром Антона-Бабинского развивается в результате инсульта. Реже причиной служат новообразования головного мозга.

Синдром Антона-Бабинского — явление достаточно редкое. Поскольку речь идет о неврологическом синдроме, возникающем при ряде заболеваний, достоверной информации о его распространенности в литературе нет.

Классификация типов синдрома Антона Бабинского

На настоящий момент описаны следующие типы анозогнозий (А. Парняков, А. Власова. Нейропсихологические синдромы. — 2004):

1. Анозогнозия слепоты. Возникает, если очаг поражения захватывает задние теменные и передние затылочные отделы коры. При этом больной отрицает полную потерю зрения центрального происхождения (например, при атрофии зрительного нерва или корковой слепоте), а отсутствие реальных зрительных впечатлений пытается компенсировать конфабуляторными, вымышленными образами, совершенно этого не осознавая. Так, на вопрос врача, какого цвета тот или иной предмет, больные уверенно отвечают, используя свой прошлый опыт, но затягивают с ответом, когда их спрашивают о количестве людей, находящихся в комнате. Страдающий корковой слепотой, будет утверждать, что у него всё в порядке со зрением и придумывать отговорки на возражения. Например, «в комнате темно» или же он «забыл надеть очки».

2. Анозогнозия глухоты (очаг поражения захватывает височные доли). Самый редкий вариант.

3. Анозогнозия афазии (очаг захватывает речевые центры). Встречается у больных с преимущественно грубой акустико-гностической сенсорной афазией, речь которых представляет собой поток сплошных литеральных и вербальных парафазий («словесная окрошка»). Больные не замечают ошибок в своей речи, думают, что речь их не изменена и хорошо понятна окружающим. Обнаружив, что их не понимают, начинают сердиться, проявляя аффективную неустойчивость. В более легких случаях сенсорной афазии, когда речь изменена умеренно, больные также не замечают собственных ошибок в речи (парафазии), не делают попыток их исправить, но при постоянных контактах с нейропсихологом способны согласиться с тем, что понимание речи окружающими у них неполноценно.

4. Анозогнозия паралича или гемиплегии (очаг захватывает прецентральную область коры). Типичным для данного расстройства является возникновение анозогнозий при параличе или парезе левых конечностей у правшей при инсульте. Больные утверждают, что движения в левых конечностях у них сохранены, что они могут, если захотят, встать и пойти, но в данный момент им просто не хочется этого делать. Такое отрицание двигательного дефекта часто сопровождается конфабуляциями: больные утверждают, что они не так давно гуляли, посещали своих родных и пр. Если обратить внимание больных на неподвижно лежащие левые конечности, они согласятся, что не могут ими двигать, но вскоре опять начинают настаивать на сохранности движений в левой руке и ноге.

5. Анозогнозия боли (очаг захватывает постцентральную область коры). Больные могут указать наличие и интенсивность раздражения, но неприятные ощущения, связанные с ним, у них отсутствуют или выражены слабо. В наиболее тяжелых случаях больные вовсе отрицают боль.

Два случая из практики

В качестве примера можно привести историю болезни пациента с синдромом Антона-Бабинского, описанную датскими неврологами Дэниэлем Кондзиеллой и Сиской Фрам-Фалкенберг.

«Мужчина, 55 лет, после 3-недельной лихорадки и ночной потливости стал очень странно себя вести. Натыкался на столы и стулья, никак не мог найти чашку, стоящую прямо перед ним, друзей и родственников узнавал только тогда, когда они с ним заговаривали. Несмотря на то что он явно потерял зрение и не мог самостоятельно справляться с повседневными делами, сам этого не признавал. Отрицал свою слепоту и, натыкаясь на препятствия, придумывал этому безобидные оправдания. Если ему задавали вопросы о внешнем виде чего-либо, он без колебаний что-нибудь выдумывал.

У пациента диагностирован инфекционный эндокардит — при чреспищеводной ЭхоКГ выявлены вегетации на клапане аорты. Начат подбор антибиотиков. КТ головного мозга выявила обширный инфаркт обеих затылочных долей и белого вещества левой теменной доли. После установки протеза аортального клапана повторных эпизодов эмболии не наблюдалось. После хирургического вмешательства, пациент постепенно начал осознавать, что ослеп, однако по-прежнему относился к этому факту равнодушно. Несмотря на длительную программу реабилитации, так и не смог вернуться к самостоятельной жизни».

Из опроса пациента с синдромом Антона-Бабинского.

Врач: Как Ваше самочувствие? Пациент: Нормально. Врач: С Вами всё в порядке? Пациент: Да, всё прекрасно. Врач: А как насчет Вашего зрения? Пациент: Всё хорошо. Врач (показывая ручку): Скажите, что это? Пациент: Доктор, тут слишком темно. Никто же ничего не видит. Врач (включая электрический свет, несмотря на то что за окном светло): Я включил свет. Теперь Вы можете сказать, что это? Пациент: Слушайте, не хочу я с Вами в эти игры играть. Врач (высокий и худощавый): Ладно. А внешность мою Вы можете описать? Пациент: Конечно. Вы маленький такой и толстый [2].

Известный британский невролог, нейропсихолог и публицист Оливер Сакс в своей книге «Человек, который принял жену за шляпу» (1971) на примерах своих пациентов описывает несколько видов анозогнозий. Вот, например, отрывок из рассказа «Направо, кругом!», в котором описана жизнь миссис С., шестидесятилетней женщины, перенесшей обширный инсульт:

«Миссис С. бесповоротно утратила идею «левой стороны‟- как в отношении мира, так и в отношении своего собственного тела. Иногда она ворчит, что ей дают слишком маленькие порции, но это происходит оттого, что она берет пищу только с правой стороны тарелки. Ей и в голову не приходит, что у тарелки имеется левая половина. Решив привести в порядок внешность, она красит губы и пудрится тоже только справа, а к левой стороне лица вообще не притрагивается. Помочь ей тут практически невозможно, поскольку никак не удается привлечь ее внимание к нужному месту. Умом она, конечно, понимает, что что-то не в порядке, и порой даже смеется над этим, но непосредственного знания у нее нет.

На помощь ей приходит интеллект и дедукция. Она выработала различные стратегии, позволяющие действовать в обход дефекта. Не имея возможности смотреть и поворачиваться влево, она разворачивается вправо. Для этого она заказала вращающееся кресло-каталку и теперь, не обнаружив чего-нибудь на положенном месте, крутится по часовой стрелке до тех пор, пока искомое не окажется в поле зрения. Если ей кажется, что на тарелке не хватает еды, она тоже начинает вертеться вправо. Доехав по кругу до недостающей половины, она съедает ее, точнее половину этого количества, и таким образом утоляет голод. […]

Казалось бы, чем вращаться самой, гораздо легче поворачивать тарелку. Она тоже так считает и говорит, что уже пробовала, но натолкнулась на странное внутреннее сопротивление. Выяснилось, что ей гораздо легче и естественнее крутиться на стуле, поскольку всё ее внимание, все ее движения и импульсы инстинктивно обращены теперь вправо и только вправо».

Течение и прогноз болезни Бабинского

Прогноз при синдроме Антона-Бабинского зависит от течения основного заболевания. Поскольку синдром возникает в результате органического поражения головного мозга, полное восстановление функции невозможно. Лучшее, что можно предложить пациенту, — продуманная программа реабилитации.

Например, Оливер Сакс предложил своей пациентке миссис С. систему из видеокамеры и монитора, которая позволила ей увидеть левую половину поля зрения. К сожалению, диссонанс между зрением и проприорецепцией оказался для нее невыносим, ведь она видела на экране «несуществующую», неощущаемую половину тела. Поэтому от применения методики пришлось отказаться. Однако Оливер Сакс и его коллега Ричард Лэнгтон Грегори полагают, что не стоит полностью исключать возможность использования визуальной обратной связи с помощью видеоизображения при реабилитации пациентов с гемисоматоагнозией, утратой половины зрительного поля и нарушением сферы внимания.

Читайте так же:  Светомаг при катаракте

Габриэль Áнтон (1858-1933) — первоописатель синдрома Антона-Бабинского, выдающийся австрийский невролог и психиатр, один из пионеров нейрохирургии.

Сфера научных интересов Габриэля Антона касалась в основном неврологических и психических нарушений, возникающих при повреждении базальных ганглиев и коры головного мозга. Также он занимался исследованиями в области детской психиатрии и оставил описание парциальной психической разновидности инфантилизма, впоследствии названной в его честь. В 1895 году Антон совместно с немецким хирургом Густавом фон Браманном разработал прогрессивную методику декомпрессионной операции при гидроцефалии, которую с некоторыми усовершенствованиями использовали по всему миру вплоть до 1938 года [3].

Несмотря на значительный вклад в развитие неврологии, нейрохирургии и детской психиатрии, о Габриэле Антоне подозрительно мало написано не только в отечественной, но и в зарубежной литературе по истории медицины. На это есть объективная политическая причина: Антон был убежденным националистом. Как было напечатано в некрологе 1933 года, он «отважно следовал цели воссоединения и процветания немецкой расы». Еще в 1915 году, когда в австрийской и немецкой научной среде только начинали обсуждать принципы евгеники и «расовой гигиены», Антон публично одобрял «высший отбор» и «селекцию» с целью «построения храброй и благородной расы». Позднее чудовищные преступления, совершенные нацистским режимом, бросили тень на большинство ученых, одобрявших националистические идеи, даже если этих ученых уже не было в живых к моменту прихода Национал-социалистической немецкой рабочей партии (NSDAP) к власти.

[1] G. Anton. Über die Selbstwahrnehmung der Herderkrankungen durch den Kranken bei Rindenblindheit und Rindentaubheit // Archiv für Psychiatrie und Nervenkrankheiten, Berlin, 1899; G. Anton. Selbstwahrnehmungen der Gehirnkrankheiten durch den Patienten selbst // Archiv für Psychiatrie und Nervenkrankheiten, Berlin, 1899 [2] D. Kondziella, S. Frahm-Falkenberg. Anton’s Syndromeand Eugenics // Journal of Clinical Neurology. Seoul, Korea. 2011 [3] E. Kumbier, K. Haack. Gabriel Anton’s (1858-1933) contribution to the history of neurosurgery. // Journal of Neurology, Nuerosurgery& Psychiatry with Practical Neurology. E. Kumbier, K. Haack, S. Herpertz. Considerations on the work of the neuropsychiatrist Gabriel Anton.

АНОЗОГНОЗИЯ

Любые студенческие работы — ДОРОГО!

100 р бонус за первый заказ

Больные не осознают дефекты, вызванные патологическим процессом. Это может касаться двигательных нарушений (паралича или пареза), расстройств речи, зрения, слуха. В более тяжелых случаях эти расстройства вообще отрицаются.
Выделяют следующие виды анозогнозий:

а ) Анозогнозия гемиплегии
Степень ее может быть различной: от недооценки нарушений и отсутствия тревоги в связи с дефектом до неосознания и даже отрицания болезни. Типичным для данного расстройства является возникновение анозогнозий при параличе или парезе левых конечностей у правшей, например при инсульте. Больные утверждают, что движения в левых конечностях у них сохранены, что они могут, если захотят, встать и пойти, но в данный момент им этого не хочется делать. Такое отрицание двигательного дефекта часто сопровождается конфабуляциями — больные утверждают, что они не так давно гуляли, посещали своих родных и пр. Если обратить внимание больных на неподвижно лежащие левые конечности, они согласятся, что не могут ими двигать, но вскоре опять начинают настаивать на сохранности движений в левой руке и ноге. В более легких случаях анозогнозия выступает лишь как недооценка степени имеющегося двигательного дефекта. Больные считают тяжелые двигательные расстройства незначительными, на которые не стоит обращать внимание, не испытывают интереса и беспокойства к имеющимся у них нарушениям. Следует сказать, что сознание у таких больных обычно остается сохранным — они полностью ориентированы в окружающем.

б) Анозогнозия слепоты (синдром Антона)
Отрицание полной потери зрения центрального происхождения (например, при атрофии зрительного нерва) и возникновение конфабуляторных зрительных образов, которые расцениваются больными как реальные зрительные впечатления. Так, на вопрос врача, какого цвета тот или иной предмет, больные уверенно отвечают, используя свой прошлый опыт, но затягивают с ответом, когда их спрашивают о количестве людей, находящихся в комнате.

в) Анозогнозия глухоты
Отрицание дефекта слуха, связанного с центральной глухотой, встречается сравнительно редко, но этот феномен описан в качестве самостоятельной формы анозогнозии.

г) Анозогнозия афазии
Встречается у больных с преимущественно грубой акустико-гностической сенсорной афазией, речь которых представляет собой поток сплошных литеральных и вербальных парафазии («словесная окрошка»). Больные не замечают ошибок в своей речи, думают, что речь их не изменена и хорошо понятна окружающим. Обнаружив, что их не понимают, больные начинают сердиться, проявляя аффективную неустойчивость. В более легких случаях сенсорной афазии, когда речь изменена умеренно, больные также не замечают собственные ошибки в речи (парафазии) и не делают по¬пыток их исправить, но при постоянных контактах с нейропсихо-логом способны согласиться с тем, что понимание речи окружающих у них неполноценно.
д) Анозогнозия боли
Утрачивается частично или полностью реакция на болевые раздражения. Больные нередко могут указать наличие и интенсивность болевого раздражения, но неприятные ощущения, связанные с ним, у них отсутствуют или выражены слабо. В наиболее тяжелых случаях больные вовсе отрицают боль.
Анозогнозии возникают при поражении правой теменной доли или при двухсторонних теменных поражениях.

III.2. Аутотопагнозия

При аутотопагнозии возникает игнорирование половины тела, но, главным образом, неузнавание отдельных его частей (например, больные не могут различить и правильно показать части собствен ного тела — части лица, пальцы рук), нарушение оценки положения отдельных частей тела в пространстве.
Различают следующие формы аутотопагнозии: аутотопагнозию половины тела (аутотопагнозия гемикорпа), пальцевую агнозию, аутотопагнозию позы и нарушение ориентировки в правом-левом.

а) Аутотопагнозия половины тела —аутотопагнозия гемикорпа (гемисоматоагнозия). В отличие от анозогнозии, при которой типично неосознание и отрицание дефекта (например, при грубом и выраженном гемипарезе), при аутотопагнозии гемикорпа возможность выполнения определенной функции сохраняется, но больные этой возможностью не пользуются. Так, при полной или неполной сохранности движений в руке и ноге, больной не пользуется ими для осуществления разнообразных действий. Он «забывает» о них, игнорирует их существование, не включает в работу. Это игнорирование относится только к левой половине тела. Например, больной моет только одну правую руку, одевает тапок только на правую ногу. В тяжелых случаях у больного возникает чувство отсутствия левой половины тела.
Соматопарагнозия проявляется чувством отсутствия левой половины тела, может сопровождаться явлениями, получившими название «соматопарагнозия». Вольной испытывает ощущение, что рядом с ним лежит другой человек, которому принадлежит одна из его ног, находящихся в кровати (левая нога больного), либо это не его нога, а палка или другой предмет. В некоторых случаях возникает ощущение, что тело распилено на две половины, что голова, рука или нога отделены от туловища. При соматопарагнозии могут возникнуть ощущения увеличения или уменьшения левой части тела (макро- или микросоматогнозия). Чувство изменения разме¬ров отдельных частей тела обычно сочетается с ощущением утяжеления или необычной легкости. Эти ощущения тягостны для больного и тяжело им переживаются.
При соматической аллоэстезии наблюдается ощущение удвоения или утроения левых конечностей, особенно руки (псевдопо-лиэмимия).
Проявлением такого рода ощущений мнимых конечностей является фантом ампутированных, когда больные после ампутации кисти руки, предплечья, стопы с голенью продолжают ощущать их присутствие. Иногда в фантомных конечностях возникают боли (у больного с удаленным бедром может возникнуть ишиалгия бедра).

Наиболее устойчивые фантомные ощущения возникают в дистальных отделах конечностей — кистях и пальцах рук, стопах и пальцах ног. Часто фантомные конечности ощущаются уменьшенными или увеличенными в размерах. Одним из основных условий развития фантома является внезапность ампутации (травма, операция). В случае длительного развития заболевания, приведшего к необходимости ампутации, фантом обычно не возникает.
Аутотопагнозия гемикорпа и связанные с ней вышеописанные ощущения в левых конечностях возникают при поражении правой теменной доли мозга, главным образом верхне-теменных структур.

б) Пальцевая агнозия. Пальцевая агнозия выделяется как осо бая форма аутотопагнозии. При этой форме утрачивается способ ность узнать и показать заданные пальцы на своей руке и руке дру гого человека. Больной не может указать на своей руке палец, ко торый показывает у себя на руке врач, особенно если при этом он меняет положение руки. Наиболее часто ошибки узнавания от мечаются для II, III и IV пальцев как правой, так и левой руки. При знаков соматоагнозии для других частей тела обычно не наблюда ется.
Возникает пальцевая агнозия при поражении левой теменной доли (угловая извилина).

в) Аутотопагнозия позы. Нарушение осознания, узнавания и оценки расположения одних частей своего тела по отношению к другим частям тела. Больные затрудняются в копировании положения руки по отношению к лицу, не могут точно скопировать по ложение указательного пальца врача но отношению к лицу (напри мер, указательный палец расположен на переносице, в средней ча сти щеки, у наружного угла глаза и т.п.). Сходные затруднения на блюдаются у тех же больных при узнавании и копировании разных по ориентации положений кистей рук по отношению друг другу,
демонстрируемых врачом (например, кисть правой руки находит ся в сагиттальной плоскости пальцами кверху и ладонью внутрь, а кисть левой руки касается ладони правой руки кончиками пальцев).
Во всех этих заданиях элементы праксиса позы очень тесно связаны со схемой тела и ее узнаванием. Аутотопагнозия позы выделена в качестве одного из синдромов соматоагнозии и встречается чаще, чем пальцевая агнозия.
Возникает аутотопагнозия позы при поражении верхнетеменной области левого полушария и ее связей со зрительным бугром (нарушения двусторонние).

г) Нарушение ориентировки в правом-левом. Нарушается способность определить правую и левую стороны собственного тела. Больной не узнает, какая из двух его рук или ног, правая либо левая, не может показать правый глаз или левое ухо. Затруднения возрастают, если больной должен определить правую и левую стороны, показать правую или левую руку (глаз) на теле врача, сидящего напротив. Особенно трудным становится выполнение этого задания, если врач скрестит руки на груди.
Нарушения ориентировки в правом-левом возникают при поражении левой теменной доли у правшей (угловая извилина). Однако описаны относительно редкие случаи, когда дефекты право-левой ориентировки возникают и при правотеменном поражении (по наблюдениям после проведенных нейрохирургических операций).

Антона симптом

Большой медицинский словарь . 2000 .

Смотреть что такое «Антона симптом» в других словарях:

Антона симптомы — (Anton G., 1893, 1899): 1. Симптом галлюцинаторного двойника (alter ego). Описанный автором больной с левосторонним очаговым поражением головного мозга видел лежавшего рядом с ним двойника. 2. Симптом анозогнозии при очаговых органических… … Толковый словарь психиатрических терминов

Антона симптомы — (Anton, 1893, 1899): 1. симптом галлюцинаторного двойника (видится лежащий рядом двойник пациента), описан при левостороннем очаговом поражении головного мозга; 2. анозогнозия паралича, глухоты и слепоты центрального генеза, при этом могут быть… … Энциклопедический словарь по психологии и педагогике

Читайте так же:  Морковь помогает при близорукости

Антона–Бабинского синдром — (Anton G., 1899; Babinski J., 1914). Гемисоматоагнозия, отсутствие сознания своего недостатка (слепоты, гемиплегии) при поражении правой теменной области коры большого мозга. Возможны анозогнозия и анозодиафория (см. Бабинского симптом) … Толковый словарь психиатрических терминов

Антона-Бабинского синдром — (Anton, 1899; Babinski, 1914) отсутствие осознания паралича и слепоты у пациентов с повреждением теменной коры больших полушарий (в результате инсульта и другой локальной органической патологии). Нарушения сознания, слабоумия при этом обычно не… … Энциклопедический словарь по психологии и педагогике

АНТОНА-БАБИНСКОГО СИНДРОМ — [Anton G., 1899; Babinski J., 1914]. Гемисоматоагнозия, отсутствие сознания своего недостатка (слепоты, гемиплегии) при поражении правой теменной области коры большого мозга. Возможны анозогнозия и анозодиафория (см. Бабинского симптом) … Толковый словарь психиатрических терминов

Кемпбелла симптом — (Campbell D., 1909). Отсутствие сознания болезни при патологии лобных отделов головного мозга (опухоли лобной локализации). Ср.: анозогнозия паралича или слепоты при Антона–Бабинского синдроме … Толковый словарь психиатрических терминов

Анозогнозия — (а + греч. nosos – болезнь, gnosis – знание, познавание). Отсутствие сознания болезни. Наблюдается при некоторых психозах (например, при шизофрении) и органических поражениях головного мозга как диффузного характера, будучи выражением слабоумия… … Толковый словарь психиатрических терминов

анозогнозия — (anosognosia; а + греч. nosos болезнь + gnosis познавание, знание; син.: Антона симптом, Антона Бабинского синдром) отсутствие критической оценки своего дефекта (паралича, снижения зрения, слуха и т. д.); наблюдается преимущественно при поражении … Большой медицинский словарь

Анозогнози́я — (anosognosia; А + греч. nosos болезнь + gnōsis познавание, знание; син.: Антона симптом, Антона Бабинского синдром) отсутствие критической оценки своего дефекта (паралича, снижения зрения, слуха и т.д.); наблюдается преимущественно при поражении… … Медицинская энциклопедия

Анозогнозия — МКБ 10 R41.841.8 МКБ 9 780.9780.9 Анозогнозия (новолат. anosognosia … Википедия

«Я не алкоголик!» или алкогольная анозогнозия

Состояние, когда алкоголик отрицает свою болезнь, в научной литературе называют алкогольной анозогнозией (лат. anosognosia alcoholica). Речь здесь может идти не только об абсолютном отрицании своей зависимости от алкоголя, но и о недооценке своего болезненного состояния, степени опасности, в которой находится в данное время человек, злоупотребляющий алкоголем, а также о переоценке своих реальных возможностей.

Хорошо известно мнение, существующее в народе, во многом основанное на реальности: «Алкоголик никогда не считает себя алкоголиком!». Некоторые же злоупотребляющие алкоголем утверждают, что совсем легко могут бросить пить в любую минуту; но проходят месяцы, годы, а они этого почему-то не делают, хотя по-прежнему уверены, что в любой момент могут от пагубного пристрастия легко и свободно отказаться. Под знаменем такого самообмана у многих проходит и вся их жизнь. Состояние алкогольной анозогнозии, как представляется, может иметь и демоническую составляющую. Вспомним слова святителя Тихона Задонского: «О, какое ослепление, какой обман душегубца-диавола!». То есть снижение самокритики и даже полное отсутствие её, ложная оценка степени своего падения могут быть обусловлены искусственно возведенной пеленой слепоты или лжедуховным кривым зеркалом, искажающим истинное положение дел. И творец этих искажающих механизмов вполне очевиден. И ещё, процитирую ёмкие слова святителя Тихона на ту же тему: «Пьяница – погибший человек, но сам этого не замечает, он утопает в болоте греха и вовсе не думает о том, как бы из него выбраться; он валяется в грязи, как свинья, но отмыть эту грязь не хочет, мало того, — он гневается на того, кто хотел бы его вытащить из этой погибельной пропасти». Лучше, пожалуй и не скажешь!

Опасно ли это состояние? Это состояние очень опасно, ибо только через осознание греха (а страсть винопития, безусловно, с духовных позиций есть тяжкий грех, а не только болезнь) возможно выздоровление. А если человек лишен способности (или желания) видеть свой грех, полноту своего падения; лишен, как говорят психиатры, критики – он обречен на неудачу и поражения в плане борьбы за выздоровление, и только чудо Божие или какая-то опасная болезнь могут отвратить его от дальнейшего пагубного занятия. В документах очень влиятельной и популярной ныне международной ассоциации анонимных алкоголиков (АА), в первом же пункте их 12-ти шаговой программы значится буквально следующее: «Мы признали своё бессилие перед алкоголем, признали, что мы потеряли контроль над нашей волей». И это очень верное признание и начало пути к выздоровлению с позиции здравого смысла, важнее чего может быть лишь личное глубокое осознание в необходимости искреннго слезного покаянии пред Богом своих грехов на исповеди у священника!

Какова природа алкогольной анозогнозии?

Можно рассматривать психологические и духовные причины. Психологи, ориентированные на психологические (прежде всего психоаналитические) западные концепции видят причину алкогольной анозогнозии в защитной реакции человека, его нежелании признавать себя алкоголиком, вследствие вытеснения из сознание в подсознательное и бессознание всего угрожающего его здоровью, а также в страхе перед самим клише-клейме: «алкоголик».

Сторонники личностных теорий, выделяют определенные типы личности с различными особенностями отношения к болезни вообще и к алкоголизму в частности. Большое значение имеют характерологические особенности личности до болезни («преморбидный фактор»).

О демонической составляющей я уже упомянул выше. «Где пьянство, там и диавол…», — писал свт. Димитрий Ростовский». Ставил равенство между пьянством и бесами и великий свт. Григорий Богослов. А Вселенский Учитель Церкви свт. Иоанн Златоуст указывал на добровольное неистовство и извращения мыслей у пьяниц: «Пьянство есть добровольное неистовство, извращение мыслей…произвольное беснование, которое хуже умопомешательства». По-моему, в приведенных выше словах Великих святых можно найти прямой ответ на поставленный вопрос.

Как объяснить алкоголику, что он болен, кто должен это делать?

Должны делать все, кто осознает это, имеет право и возможность. В первую очередь: врачи, психологи, педагоги, близкие больному люди, служители Церкви (вспомним: «пьяницы Царствия Божия не наследуют ( 1 Кор. 6, 10 )». Вдумайтесь, какие страшные слова содержатся в Священном Писании! А ведь многие из пьяниц – крещёные люди и даже искренне считающие себя православными христианами.

Особенно весомыми могут быть слова, исходящие из уст людей, имеющих авторитетное значение в глазах больных. Только все эти слова должны говориться не формально в качестве назиданий, нотаций и поучений, но искренне, с позиции любви и также чувства собственной греховности, не меньшей, а даже большей, нежели у того, к кому обращены эти слова. Собственными силами бывает очень сложно достучаться до души пьющего, поэтому необходима внутренняя молитва, обращенная к Богу, Пресвятой Богородице, ко святым, имеющим особую благодать в целительстве страсти винопития (св. муч. Вонифатий, преп. Моисей Мурин, св. прав.Иоанн Кронштадтский). Должны участвовать в этой сложной работе, безусловно, и все члены семьи больного, хотя часто их убеждения и просьбы становятся привычными и уже не воспринимаются со стороны длительно пьющих.

Могут ли чем-то помочь родственники?

Родственники могут помочь многим и должны это непременно делать, не переваливая всецело ответственность на плечи лишь врачей, психологов, Церкви и правоохранительных органов. Очень часто и наследуют предрасположенность к пьянству и алкоголизму по грехам своих родителей, то есть ближайших людей по степени родства.

Итак, родственники должны вести борьбу с членом семьи или родным человеком сообща, не ища виноватых между собой и не вступая в пересуды и ссоры. Степень их воздействия и сами способы борьбы зависят от многих обстоятельств. Хорошо бы присоединять в таких случаях коллективные молитвы, молитвы по соглашению, заказывать в храмах молебны и сорокоусты, усиливать свою собственную внутреннюю духовную жизнь и т.д. Родственники должны окружать болящего любовью и заботой, но не в смысле потакания и поощрения его порока. Иногда бывает даже полезнее «отпустить» сына или дочь на волю Божию, дабы они почувствовали ответственность за содеянное. Универсального рецепта, конечно же, нет.

Существуют ли какие-то методы исследования по выявлению алкогольной анозогнозии?

Да, существуют. Но больше этим занимаются всё же профессиональные психологи. В частности, я имею ввиду «Опросник алкогольной анозогнозии», разработанный в Научно-исследовательском психоневрологическом институте им. В.М.Бехтерева в 2005-2009 гг. коллективом авторов.

Опросник состоит из 46 утверждений, с каждым из которых обследуемый должен выразить своё согласие или несогласие. Семь шкал отражают три основные сферы отношения к болезни: когнитивную, эмоциональную и мотивационную. Опросник позволяет исследовать уровень алкогольной анозогнозии по отдельным ее параметрам. Имеются исследования аналогичной направленности и за рубежом. К примеру, шкала для оценки инсайта (то есть «проникновения в суть») при алкоголизме (Hanil Alcohol Insight Scale) и другие.

Есть ли случаи, когда алкогольную анозогнозию преодолеть невозможно?

Безусловно, особенно на поздних стадиях алкоголизма, при наличии необратимых органических поражениях центральной нервной системы и внутренних органов. К примеру, при тяжелой энцефалопатии, выраженном психоорганическом синдроме, Корсаковском синдроме, тяжелых аномалиях личности, когда человек уподобляется уже по сути бессловесным животным. Невозможно преодолеть анозогнозию при расстройствах восприятия, бредовых переживаниях, при тяжелых нарушениях памяти и интеллекта, алкогольном галлюцинозе и многих иных печальных последствиях, которые формирует в организме алкоголь. Почти невозможно преодолеть алкогольную анозогнозию при патологическом упрямстве, связанном с аномальными чертами характера, семейными алкогольными традициями, уродствами и дефектами воспитания, а также при слабоумии, тяжелых депрессивных расстройствах и некоторых иных патологических составляющих.

Те, кто преодолел алкогольную анозогнозию, имеют бо́льшие шансы избавиться от зависимости?

Безусловно. Через осознание причины легче лечится и болезнь.

Но что хотелось здесь отметить. Избавление от зависимости ещё не есть исцеление. Иногда жены пьющих после удачного сеанса так называемого «кодирования», которое чаще всего проводится под аккомпанемент всевозможных страшилок и трюков, напоминающих порой цирковое представление, где роль иллюзиониста исполняет врач-нарколог или заезжий гастролер, сожалеют, что мужья перестали пить. Ибо теперь вместо алкогольных срывов нередко разыгрываются семейные драмы, связанные с приступами агрессии, неадекватно возникающей злости, возбуждения и других патологических расстройств психики и поведения. Настоящее исцеление от алкоголизма – это исцеление от страстей: прежде всего, гордыни, гнева, чревоугодия. А исцелиться от греховных страстей возможно только став на путь святости, к которому призывает нас через Евангелие Сам Спаситель Господь наш Иисус Христос. Очень важно приобрести правильное православное сознание. Пьянство и алкоголизм – это, прежде всего, болезни души. Поэтому радикально их можно исцелить только через Врача телес и душ наших Иисуса Христа и непоколебимую веру в Него.

Все мои наблюдения над чудесно исцелившимися от пьянства, алкоголизма и наркомании связаны с обращением этих людей к православной вере. Один из таких, Николай П., которому сейчас уже за 60-т лет, после неоднократных многолетних запоев, которые он сочетал ещё и с употреблением лекарственных препаратов (то есть был и токсикоманом), многократных госпитализаций, включая психиатрические отделения, неожиданно для него самого однажды открыл для себя величие и красоту Православной веры. Меня поражала яркая трансформация (сублимация) его патологической тяги к спиртному в потребность постоянно ежедневно посещать Церковные службы, быть при Церкви, помогать её служителям, хотя бы в качестве дворника или просто трудника, распространять среди народа полезные советы в виде листков, им же перепечатанных на машинке для страдающих алкогольной зависимостью.

Читайте так же:  Катаракта молодом возрасте

С ним все же происходили периодически нервно-психические срывы, для лечения которых необходимо было применять психотропные лекарства, но к алкоголю он уже на протяжении многих лет не обращался. Думаю, не обращается к «пойлу сатаны» он и по сей день (с ним мы не виделись около года). По мысли одного из французских писателей, страсть алкоголика к водке (или вину) – всего лишь извращенная сильная потребность поиска божественной благодати. Это, конечно, мнение автора, а не святых Отцов или тем паче научной медицины, но, тем не менее, интересна в философском плане. Свои краткие ответы на поставленные конкретные вопросы я хотел бы завершить чудесными боговдохновенными словами старца Порфирия Кавсокаливита: «Когда мы любим Христа, наши греховные страсти мало-помалу сами начинают отступать. Перед силой любви они теряют свою силу. Когда рассветает и в нашу комнату проникают первые лучи солнечного света, тьма отступает. Ей здесь уже нет места»

Врач психиатр-нарколог В.К.Невярович

Анозогнозия: люди, которые не видят проблему

Если обычному человеку закрыть один глаз — он будет знать, что у него в реальности два глаза, но один из них закрыт. И даже если он потеряет зрение на один глаз — он не будет оспаривать тот факт, что глаз у него остался, но не видит. Но у людей встречается удивительное состояние, когда человек свято уверен, что утраченный орган — на месте, и с ним все в порядке. Более того, может так случиться, что само существование потерянного глаза будет казаться человеку полным абсурдом — нет и не было его вовсе.

Это состояние может проявляться в самых разных формах, а в основе его лежит неспособность человека к критической оценке своей проблемы — будь то анатомический, психический дефект или болезнь. Данный феномен носит название «анозогнозия», что в переводе с греческого означает «отрицание знания о своей болезни». MedAboutMe разбирался, кто такие — эти люди, которые умудряются совершенно не замечать свою проблему?

Болезнь незнания о болезни

В 1899 году, невролог из Австрии Габриэль Антон описал несколько случаев корковой слепоты и глухоты. Люди, перенесшие инсульт и полностью при этом ослепшие, считали себя зрячими. При передвижении они, конечно, натыкались на предметы, но утверждали, что это в комнате просто слишком темно. Тогда такое состояние получило название синдрома Антона.

А в 1914 году сходные случаи коркового паралича описал французский невролог Жозеф Бабинский. Его пациенты после инсульта частично утратили подвижность половины тела, но умудрялись не только не замечать этот факт — они вообще не осознавали наличие у себя второй половины тела, несмотря на то, что некоторые функции с ее стороны сохранялись. Данная патология была названа Бабинским «гемисоматоагнозия».

Со временем все подобные случаи стали объединять под названием «анозогнозия» или синдром Антона-Бабинского. Сегодня известно о широком спектре проявлений болезни, но в целом встречается она нечасто. Например, частота развития некоторых разновидностей анозогнозии сразу после инсульта, по разным данным, колеблется в пределах 17-28%. Но в течение трех месяцев с момента приступа ткани мозга достаточно восстанавливаются, чтобы в большинстве случаев анозогнозия исчезла. При болезни Альцгеймера на разных стадиях деменции анозогнозия встречается в 25% случаев и чаще.

Анозогнозия и психика

Сегодня ученые считают, что анозогнозия может проявляться в разных формах, причем эти формы могут быть и самостоятельными заболеваниями, и стадиями развития патологии. Рассмотрим разные формы на примере гемиплегии — полного паралича конечостей одной половины тела, развившейся в результате инсульта.

Это состояние еще называют анозодиафорией. При этом пациент в принципе знает о своей проблеме, но не обращает на нее внимания, равнодушен к ней и в обычной жизни не замечает ее.

Пациент признает, что проблема есть, но считает, что она намного меньше, чем на самом деле. Даже при полном отказе конечностей с одной стороны он может попытаться ходить, будучи уверенным, что руки и ноги у него работают как надо — ну разве что некоторая слабость с одной стороны имеется.

Это состояние получило название истинной анозогнозии Бабинского — именно таких пациентов больше ста лет назад описывал французский доктор. Они уверены, что с ними все в порядке, и конечности работают, как надо, с обеих сторон. Такие пациенты пытаются выполнять обычные движения и не замечают того, что у них это не получается. Они уверены, что прекрасно двигаются. Аналогичная ситуация и с пациентами доктора Антона, которые были лишены слуха или зрения, но считали себя и зрячими, и слышащими. Крайним случаем являются панагнозия — утрата имевшихся до болезни навыков и знаний, способность распознавать предметы.

Важно, что данные стадии наблюдаются у людей, психика которых не нарушена. Но их мозг выстраивает в их сознании картины, заставляющие их не видеть свой дефект или неверно оценивать степень его развития.

Совсем другое дело, когда анозогнозия развивается у людей с психическими расстройствами. И в этом случае выделяют еще две формы заболевания.

Человек активно отрицает саму идею наличия у него паралича. Он не хочет даже слышать о том, что с ним что-то не так. При этом он утверждает, что в состоянии выполнить заданные действия, например, требующие задействовать парализованные конечности.

  • Отрицание дефекта на фоне вымыслов.

От предыдущей формы отличается тем, что пациент подкрепляет свое активное отрицание проблемы разнообразными выдуманными объяснениями. Пациент настолько глубоко уходит в своем отрицании, что отказывается признавать даже свое пребывание в клинике и объясняет это самым фантастическим образом. Важно, что сам человек полностью верит в вымышленные им события. Согласно его воспоминаниям, все было именно так, как он описывает. Такие ложные воспоминания, зачастую тесно переплетенные с реальностью, называются конфабуляциями.

Это крайняя стадия патологии, когда пациент существует в своем выдуманном мире на фоне психического расстройства, вызванного алкогольным психозом или галлюцинациями, связанными с заболеваниями психики.

Причины анозогнозии

С того момента, когда медицина признала, что подобное поведение — не притворство, врачи, в первую очередь, предположили, что речь идет о поражениях головного мозга. И действительно, значительная часть случаев анозогнозии в виде непризнания болезни связаны с поражением тканей мозга. Например, сбой в пространстве и времени, а также в ощущениях собственного тела связывают с поражением правого полушария. Такие больные также нередко «уходят» в прошлое и не видят себя в настоящем. Врачи считают, что это связано, в том числе, и с нежеланием осознать наличие дефекта.

Существует множество болезней и состояний, способных привести к корковой слепоте. Это и инфекционные болезни, поражающие мозг и приводящие к развитию менингита или энцефалита, и иммунные (рассеянный склероз), и разнообразные травмы мозга, и дегенеративные (адренолейкодистрофия, болезнь Ли и др.), и отравления тканей мозга (этанолом, ртутью, окисью углерода, при гипогликемии и др.). Например, анозогнозия может развиться на фоне прогрессирующего атеросклероза в пожилом возрасте. Чем старше человек, тем выше риск развития ишемического инсульта, связанного с атеросклерозом. Осложнением инсульта может стать поражение коры головного мозга — корковой слепоты.

Мужчины более подвержены анозогнозии, вызванной корковой слепотой. Врачи считают, что женщины, во-первых, до определенного возраста защищены эстрогенами, которые замедляют развитие атеросклероза. А во-вторых, женщины легче мужчин переносят эмоциональные стрессы, так как реагируют на него действиями. Наконец, считается, что женщины более подвижны, чем мужчины, и это тоже оттягивает момент развития ишемического инсульта с последствиями в виде анозогнозии.

Существует мнение, что у анозогнозии (отказе видеть существующий дефект) и у ипохондрии (переживании о несуществующем дефекте) — общие корни. И кроются они в расстройстве психики, связанном с отношением человека к себе самому.

Что интересно, данные проявления, по мнению врачей, не связаны с деменцией (слабоумием). Да, такие пациенты некритичны к своему состоянию и удивительно беспечны к своей болезни. Из-за этого они неадекватно оценивают себя в настоящем и будущем. При этом интеллект у них остается сохранным.

Об анозогнозии нередко говорят наркологи, занимающиеся лечением людей, страдающих от алкоголизма. Такие пациенты обладают специфическим складом личности, при котором человек отрицает свою болезнь и, что называется, в упор не замечает ее проявлений.

Какие бывают анозогнозии?

Сегодня врачи выделяют пять основных разновидностей анозогнозии, в зависимости от того, какие области коры головного мозга поражены и какие органы при этом страдают:

Развивается при поражении передних затылочных отделов и задних теменных. Пациент, утративший зрение, уверен, что прекрасно видит, заменяя реальную картинку вымышленной. Но если задать ему вопрос об окружающих людях или предметах напрямую, он уверенно сообщит, что в комнате слишком темно, чтобы разглядеть такие подробности (или ему нужны очки, например).

Развивается при поражении речевых центров мозга. Речь таких больных может быть непонятна окружающим, но сами пациенты уверены, что говорят четко и ясно, не замечая ошибок (парафазий).

Развивается на фоне поражения пренцентральной области коры головного мозга. Пациенты утверждают, что их конечности работают нормально, но на данный момент им не хочется никуда идти или двигать ими, потому что они недавно гуляли и т. п.

Развивается при поражении височных долей и встречается крайне редко.

Развивается при поражении постцентральных областей мозга. Человек не в состоянии оценить степень причиняемой ему боли, для него она ощущается слабо или не чувствуется совсем.

Можно ли излечиться от анозогнозии?

Все зависит от того, насколько обширны поражения головного мозга, вызвавшие анозогнозию. Если они незначительны, то по мере реабилитации человека, перенесшего инсульт, проявления анозогнозии будут уменьшаться.

Ученые также ищут пути компенсации этой необычной патологии, но мозг пациента анозогнозии, создавший свой собственный мир, противится таким попыткам. Например, известен случай, когда пациентке с гемиплегией было предложено увидеть свою «несуществующую» половину тела при помощи видеокамеры и монитора. Возникшая разница между собственными ощущениями и увиденным изображением оказалась слишком тяжела для больной, практически невыносима, так что врачи отказались от дальнейших экспериментов с данным методом.

Не приводят к успеху и многочисленные и разнообразные попытки врачей доказать больному существование «отсутствующих» органов при помощи различных физических методов — например, при помощи калорийной вестибулярной стимуляции (вливание ледяной воды в ухо). Даже если пациент в результате соглашается, что дефект у него имеется, через некоторое время это знание снова исчезает из его сознания. Для его мозга патологии нет, человек здоров — и к чему такие волнения?